Любовь пирата

Тристан откинулся на стуле и, насмешливо улыбаясь, смотрел на обеих женщин.

– Ты еще не познакомил меня со своей приятельницей, Тристан, – заметила Беттина.

Но Габби холодно объявила:

– Я Габриэль Драйтон, капитан «Красного дракона». Тристан рассказал, каким образом ты ему досталась, Беттина, но не захотел открыть твою фамилию. Как же тебя зовут?"

"– Я уже предупреждал, что не желаю говорить на эту тему! – резко вскинулся Тристан.

Беттина чуть подняла брови, но тут же вспомнила, что, когда Тристан знакомил ее с капитаном О’Кейси, тоже не назвал ее фамилию, и усмехнулась, впервые поняв по-настоящему, что не имеет права называться ни Верлен, ни Райан.

Габби оцепенела, видя, как Беттина улыбается женщине постарше, по всей видимости, матери. Так, значит, девчонка гордится тем, что Тристан пришел сейчас на помощь! Уверена в его защите! Ну что ж, посмотрим, долго ли это продлится!

– Не знала, что рабыням дозволено так одеваться и обедать за одним столом с хозяином, – заметила она. – Ты со всеми так обращаешься, Тристан, или только с Беттиной?

Жюль поперхнулся.

– Тристан – добрый хозяин. Он…

– Ты всегда отвечаешь за Тристана? – злобно оборвала Габби.

– Довольно! – проворчал Тристан, зловеще сузив глаза; мускул на щеке подозрительно дернулся. – Я достаточно ясно объяснил тебе все, Габби, так что прекрати притворяться и оставь Беттину в покое!

– Ты рассказал много интересного, включая тот факт, что она носит чужого ребенка! – засмеялась Габби.

– Ты заходишь слишком далеко! – заорал Жюль, ударив огромным кулаком по столу. – И пальцем не коснулся этой дамы – ни я, ни кто другой. Только этот безмозглый осел мог выдумать такую чушь!

Тристан улыбнулся, хотя никто не обратил на это внимания: глаза всех присутствующих были прикованы к Жюлю.

– И ты ошибаешься, если считаешь Беттину рабыней, – продолжал он. – Она по своей воле дала слово остаться и к концу года покинет остров.

– Неужели? – натужно расхохоталась Габби. – Тебе разве не нравится здесь?

Смех отдался в голове девушки барабанным боем. Она натужно взглянула на Тристана и заметила, что тот уставился в кружку с ромом, чему-то усмехаясь. Слезы едва не брызнули из глаз Беттины, она быстро поднялась и побежала к лестнице, боясь, что соленые капли вот-вот покатятся по лицу. Торжествующий издевательский хохот Габби словно преследовал ее.