Люби меня вечно

Она задыхалась от ярости и не могла бы сказать, что сделает, но не исключала даже убийства."

"Сначала она нашла Лахлана, и довольно легко. Он оказался в конторе. Когда закончились приветствия, у множества его родичей оказались к нему срочные дела: надо было принять доклады, выслушать жалобы и добрые вести и тому подобное. Кимберли еще предстояло узнать, что в Крегоре никакого этикета не соблюдалось: вместо того чтобы дожидаться своей очереди в зале и по одному говорить с лэрдом, все набились в контору — благо она была достаточно большой.

Увидев Кимберли, Лахлан улыбнулся, но тут же заметил слезы, которые струились у нее по щекам и которых сама она не замечала. Она едва взглянула на него, выискивая взглядом его юную кузину. Не найдя Нессы, она повернулась, намереваясь уйти, и тут увидела ее — Несса подняла голову посмотреть, что привлекло внимание Лахлана.

Девушка тихо-мирно сидела на низенькой табуреточке у стены, внимательно слушая разговоры. Скорее всего Лахлан даже не заметил ее присутствия.

— Ким, что случилось? — с тревогой спросил Лахлан, направляясь к ней.

Она не услышала его вопроса. Она видела только Нессу и думала только о том, как пройти к ней. Но Несса увидела ее и вскочила с места. Забежав за стол, она спряталась за спинами присутствующих.

— Не подпускай ко мне эту великаншу, Лах! — крикнула Несса. — Она сумасшедшая!

— Сумасшедшая? — негодовала Кимберли, пробираясь через толпу. — Ты хоть знаешь, что натворила? Ты уничтожила бесценное наследие моей семьи! Все, что оставалось у меня от покойной матери!

— Ничего я не уничтожала! Это все так и привезли, как ты видела!

Кимберли остановилась, замолчала, но тут же вспомнила следы от топора.

— Не верю…

— Правда! — настаивала Несса и быстро добавила:

— Возчик сказал, что у фургона отвалилось колесо и все вывалилось на землю, потому что было плохо увязано.

— Не могли испортиться все вещи до единой!

— Могли! Он опрокинулся у края ущелья, и все упало вниз, на скалы.

Это было маловероятно, но не исключено.

И хоть Несса уже показала себя во всей красе, нельзя было с уверенностью утверждать, что она виновата и в том, что случилось с вещами Кимберли.

Кимберли отступилась от нее, поняв, что не может получить немедленного удовлетворения.

— Я поговорю с возчиком.

— А его уже нет. Зачем ему здесь оставаться? Он вернулся туда, откуда приехал.

Кимберли снова напряженно застыла. На лице Нессы отразилось глубокое самодовольство — не было сомнения в том, что она лжс..