Люби меня вечно

Им пришлось вернуться обратно, взять лампу и пару крепких слуг, которые могли бы отнести сундуки и мебель наверх. Отыскать вещи Кимберли оказалось делом нелегким: в подвале было множество самых разнообразных помещений — от крошечных клетушек, которые, возможно, были когда-то тюремными камерами, до больших залов. Их соединяли длинные коридоры, расходившиеся во всех направлениях. Казалось, сюда много веков подряд сносили всякий хлам — главным образом ветхую мебель, которая была теперь плотно затянута паутиной.

В конце концов им удалось найти комнату, в которой сложили имущество Кимберли.

Она улыбнулась с облегчением, но, подняв лампу, не поверила глазам — все ее фамильные вещи были безнадежно испорчены.

Напольные часы лежали на боку, без стрелок, с треснувшим корпусом, разбитые, поцарапанные, словно по ним прошелся топор. У китайской горки были отломаны ножки, дверцы сорваны с петель, сложная деревянная резьба испорчена — вся в выбоинах, словно и над ней поработали топором.

Гигантская картина выглядела так, будто кто-то встал на нее и дергал за край, пока рама и холст не треснули посередине.

Маленькие столики, трехсотлетняя скамья для зала, антикварные вазы, резной китайский сундук — все было поломано, побито, расколото. Даже сундуки с одеждой вскрыли, а вещи разбросали по грязному полу.

Кимберли безмолвно уставилась на картину разрушения. От ужаса у нее остановилось сердце. Она сделала шаг, потом второй и, упав на колени, в безмолвной скорби протянула руки к своим сокровищам. Из глаз хлынули слезы.

Это было последнее, что оставалось у нее на память о матери, — и все пропало, превратилось в хлам и щепки, годные только в печку. Злобное разрушение — а ей с первого взгляда, несмотря на потрясение, стало ясно, что оно было преднамеренным, — казалось невероятным. Такое мог сделать только один человек.

Кимберли медленно поднялась с пола, чуть слышно проговорив:

— Несса…

— Миледи, эти сломанные вещи, наверное, не то, что мы искали? — спросила у нее за спиной Джин, в голосе ее звучал ужас.

Кимберли не ответила. Обведя взглядом смущенных слуг замка, она спросила негромким ледяным голосом:

— Где сейчас может быть Несса? Один пожал плечами, а второй ответил:

— Скорее всего там же, где лэрд. Она всегда ходила за ним тенью.

— А где он?

Теперь уже оба пожали плечами. Кимберли больше не стала задавать вопросов. Она найдет Лахлана и Нессу, даже если для этого ей придется обыскать весь замок и все его окрестности. И когда она их найдет, наступит расплата.