Лихие. Бригадир

— Ящик смотрел?

— Ага. Ты главное не кипешуй, и все будет пучком.

— У меня вся семья смотрела! Ты бы видел глаза отца.

— Увеличились в два раза? Придется новую фотку на паспорт делать?

Димас засмеялся. Ну значит, точно отпустило.

— Ты поговорил с ним, чтобы поменять шины у тачки?

— Да, он все сделает. Я сказал, что шипы повылетали — это, кстати, правда, и что нужны новые. Все будет стоить три куска. Это если подержанные.

Я выругался про себя. Доктор обошелся дешевле. Цены летят в космос, а рейтинг Ельцина вот-вот с такой же скоростью полетит вниз.

Скоро его начнут нагибать коммуняки, случится расстрел парламента, который еще не стал Госдурой, а потом выборы 96-го года. Ага, «голосуй или проиграешь».

— Чего молчишь? — Димон продолжал дисциплинированно висеть на проводе. — С бабками затык?

— Да нет, выкрутимся. Пусть машину сделает уже завтра с утра, лады? И хорошо бы нам подыскать неприметную буханку. Можно подержанную.

Я уже не так радовался настоящему бандитскому шику — как бы классно было возвращаться со стрелки на неприметной тачке.

В этот раз проскочили, а в прошлый раз чуть не приняли со стволом.

— Добро, поспрашиваю у знакомых. Сейчас много кто продает.

— Все, бывай. Завтра на базе увидимся.

Я повесил трубку и пошел за Зойкой, ведь наступило время менять повязку и колоть Штыря антибиотиками. Нас ждет то еще развлечение. Оказывается, эта татуированная машина не только плавать не умела. Она еще и до смерти боялась уколов…

Глава 17"

"Конец января оказался куда теплее, чем его начало.

Минус три, не больше. А потому я стоял на заветном месте в ожидании девушки своей мечты и почти не замерз. Как оказалось, столь умеренный морозец был благом не только для моего букета, но и для толпы каких-то чокнутых, которые бродили по улице в открытых ярко-оранжевых балахонах. Стеклянный взгляд, свежевыбритые черепа, удары в барабан и странные завывания с призывом к Кришне стали такой же приметой времени, как и продажа сигарет поштучно. Все это происходило то ли от полной безысходности, то ли от того коллективного помешательства, в которое погрузилась огромная страна. Люди, потерявшие опору в жизни, начали искать ее везде, где только можно. А вот эти придурки, щеголявшие на морозе в цветастых тряпках, искали ее там, где искать точно не стоило. Молодые ведь пацаны, — пожалел я их, глядя в их по-овечьи тупые, бессмысленные глаза.