Левиафан

Потом книга появилась в таком виде, и переделывать было уже поздно. Равно как не стала я переделывать и имя Эли Глин в истории о Гидеоне Кру, хотя «Эли», конечно же, должен был быть Илаем. Впрочем, второй кейс — не моя придумка, а опора на изначальных переводчиков. Есть у меня пунктик называть героев так, как их уже один раз назвали, ничего не могу с этим поделать. Поэтому, если вы страдали от «Киро Валериани», знайте, что вы в этом не одиноки. Я сдалась только в самом конце, когда замелькало слишком много старых имен, которые я искала, но так и не нашла в прошлых книгах.

Очень уж эпизодично они там были закопаны, а я сильно спешила. Поэтому, я не помню, была ли у Хирама и Пейшенс в фамилии буква «у», или они были «Стокли», а не «Стоукли». А еще я так и не вспомнила, была ли у Еффрема Оуэлса двойная «ф» в имени и правильно ли переводить фамилию Джона Файва именно так, или у него было какое-то прозвище, вроде «Джона Пятерки». Но, я полагаю, что такие мелочи забыла уже не я одна. В конце концов… сколько лет прошло с момента, как я начала переводить «Реку Духов»!

Еще одной задачкой со звездочкой были сноски.

Я не помню, говорила об этом когда-нибудь или нет, но в книгах МакКаммона нет ни одной сноски. Так что, если вы думали, что я их просто переводила, то нет. Каждый малоизвестный термин я выискивала самостоятельно и делала сноску. И, т.к. итальянский фольклор я знаю примерно никак, иногда это было очень непросто.

Третья задачка со звездочкой, которую хочу отметить, — это другие языки. Я совсем чуть-чуть понимаю по-французски и по-немецки, но итальянский и испанский мне знакомы из рук вон плохо.

В прошлом это становилось задачкой, над которой я долго ломала голову и даже обращалась к другим переводчикам. Сейчас, благодаря нейросетям, это стало намного проще. Учитывая, что МакКаммон все еще не делает сносок в своих книгах, я считаю нейросети в этом смысле величайшим изобретением человечества. Они упрощают жизнь и вдохновляют. Возможно, скоро мы сможем встраивать их куда-нибудь в смартфоны так, чтобы мгновенно понимать иностранцев, и коммуникация будет строиться, как у Стругацких в «Обитаемом острове».

Еще одна задачка — флешбэки. МакКаммон очень любит в своих книгах возвращаться к прошлым частям и цитировать оттуда целые куски текста. Мне приходилось вспоминать, в каком романе это было, потому что сносок автор не делает, открывать файл (и хорошо еще, если это я его переводила) и смотреть, как это было написано там, чтобы сохранить аутентичность.