Левиафан

Воздушный автомобиль поднялся на заданную компьютером высоту. И бесшумно помчался по сияющей световой дорожке.

Последнее послесловие переводчика

Друзья, вот и все. Мы с вами добрались до финала истории о Мэтью Корбетте и узнали, чем заканчиваются его приключения. Я думаю, хэппи-энда ждали все, и мы его получили. Это было ожидаемо, и финал не стал сюрпризом, но это принесло чувство приятного удовлетворения. После такого долгого путешествия хотелось уже посмотреть, как Мэтью встретится с Берри, как сделает ей предложение и женится на ней.

Лично моим любимчиком в этой истории был Хадсон Грейтхауз. Именно его трансформации и метания были для меня самыми интересными. Пожалуй, лично меня, как переводчика, сам Мэтью Корбетт стал интересовать чуть меньше с романа «Кардинал Блэк». Правда, надо признать, что в этом романе он был намного живее и интереснее, чем в «Короле Теней». И в принципе сама книга читалась и переводилась довольно бодро. Для меня это говорит о том, что она интереснее предыдущей части.

Для меня эта история интересно переплелась с нынешними увлечениями, потому что я увлеклась культурной стороной разных эзотерических верований и изучила астрологию. А в этой истории мы много читали об оккультизме, а главных противников Мэтью символично звали Марс и Венера. Что иронично, с астрологической точки зрения, у Венеры Скараманги был куда более «марсианский» характер, нежели у ее брата. Но, я думаю, что это была тонкая задумка автора, который, судя по всему, и сам обладает нешуточными познаниями в эзотерике.

Интересным моментом для меня оказалось то, что именно Венеру он сделал такой жестокой, с маниакальными наклонностями — особенно характерна ее способность получать оргазм только при виде чужих страданий при отсутствии каких-либо реальных половых контактов. Как антагонистка, эта героиня показалась мне одной из самых любопытных благодаря ее сумасшествию, ведь за время переводов я также успела увлечься и психиатрией. Не берусь ставить Венере Скараманге диагноз, но такие составляющие, как галлюцинации и бред у нее были, что говорит о ее психотическом состоянии.

Но я увлеклась. Давайте вернемся к другим интересным деталям, с которыми столкнулись в этой книге.

Трудности перевода"

"В процессе перевода мне, конечно, очень резало слух имя «Киро Валериани». Когда я переводила «Свободу Маски», где это имя мелькнуло в первый раз, я еще не понимала, что он Чиро.