Лекарь

Да таким даже хлеба не нарежешь.

— Я им не хлеб резать буду. Лекарь я.

— Понял, кровь отворять. Ланцет называется. Слыхал про такой, но сам никогда не делал и не видел. Сделаю в лучшем виде. Приходи через три дня, только задаток оставь.

Они сговорились о цене.

Никита купил на торгу белёного полотна. Распустит на полосы — будут бинты. Спирта бы купить, на худой конец — самогона, но на торгу такой товар не продавался.

Он заявился к Куприяну домой:

— Куприян, подскажи. Мне нужен спирт, водка — не знаю, как назвать.

Вроде вина, только очень крепкое, даже гореть должно.

— Ужель такое пьёшь?

— Нет, мне для работы.

— Болящих поить-увеселять хочешь?

— Я что, сам на больного похож? Для дезинфекции.

Куприян не понял:"

"— Слова у тебя какие-то мудрёные. Вроде, если я правильно понял, тебе перевар нужен? Где-то был у меня. Супружница суставы им натирает, когда болят. Сейчас поищу.

Куприян вышел, вскоре вернулся с небольшим глиняным кувшином и вручил его Никите. Тот вытащил пробку, и в нос шибануло дрянным самогоном.

Сплошная сивуха! Как есть самогон — мутноватая жидкость с резким запахом.

— Это и есть перевар?

— Он самый, — подтвердил Куприян.

— А где она его берёт? Мне много надо, и желательно почище.

— Да разве этот грязен? Не нравится — пропусти через тряпицу. А перевар у корчмарей бывает. То ли сами гонят, то ли берут где.

Главное — Никита понял, что самогон есть, остальное — детали. В медицине много чего ещё потребно. Иглы ещё нужны, шовный материал. Про кетгут речь не идёт, тут хотя бы шёлк найти.

А ещё — чем обезболивать. Нерешенных вопросов много.

Оставив у себя в комнате белёное полотно, Никита снова отправился на торг. Теперь он искал травников — в углу торга их был целый ряд. Для обезболивания травники предлагали целый набор готовых снадобий: дурман-траву, настои и отвары мака, корень мандрагоры.

Однако такие травы Никита брать побоялся. Точно отдозировать их невозможно, последствия такого, с позволения сказать, «наркоза», неизвестны. А ведь в медицине ещё со времён Гиппократа главный постулат — «Не навреди!».

А вот иголок, как прямых, так и кривых, купил, хоть и не надеялся. Кривыми работали шорники, изготавливающие упряжь для лошадей, сапожники и рыбаки для пошива парусов. И шёлковые нити нашёл — там же, где сами шёлковые ткани продавали.

На обратном пути в корчму зашёл, спросил про перевар.

— Тебе простой или покрепче, дважды сваренный?

— Покрепче. Только покажи сперва.

— Даже попробовать дам.