Лекарь

И не называй меня Алексеем Михайловичем! Я государь всё-таки, а Алексей Михайлович — это для домашних больше.

— Хорошо, государь! Прости! А боль полностью через седмицу уйдёт. Но обещаю — с каждым днём всё меньше будет.

— Тебе ведь Никитой звать? Елагин вроде так называл.

— Я и есть Никита-лекарь.

— Русский?

— Из Владимира.

— А заморского «дохтура» уел, за пояс заткнул. Не знал я о тебе — к себе во дворец взял бы.

— Не больно-то и хотелось…

— Да? — удивился царь. — Все к престолу поближе рвутся, а ты не хочешь?

— «Минуй нас пуще всех печалей и царский гнев и царская любовь», — слегка переделанными словами поэта ответил Никита.

— Да ты философ прямо. Знаешь, что это слово обозначает?

— Ведомо.

— Пить охота."

"— Губы и язык помочить можно сегодня, а завтра уж и попить немного.

— Так чего стоишь, давай!

Никита намочил чистую тряпицу водой и дал царю. Тот почмокал, как ребёнок, и жалобно посмотрел на Никиту:

— Ещё хочу.

— Немного погодя.

— Странно…

— Что?

— Я государь всея Руси, а у простого лекаря воды выпросить не могу.

— О твоём здоровье, государь, пекусь. Разве мне воды жалко?

— Пошутковал я. А где ты так лихо животы резать научился?

— Судьба по разным странам носила: в Италии был, в Персии. Понемногу отовсюду.

— Ты гляди, какой самородок в державе моей! Погоди-ка! Не ты ли Елагина в шахматы научил играть?

— Я, государь.

— То-то я и гляжу: не умел ведь совсем, а потом вдруг заиграл — да как! Вроде опыт у него.

Никита с облегчением присел на кресло. Похоже, в нём и царь сиживал. Не трон, конечно, но всё же…

— А ещё во что играть умеешь? Только про кости и карты молчи — бесовское. В шахматы думать надо, для ума игра полезная.

— В нарды умею, государь.

Больше ни во что играть Никита не умел.

— Когда выздоровею, на ноги встану — научишь?

— Обязательно — если вспомнишь и позовёшь.

— Времени нет, дела всё, — вдруг пожаловался царь.

— На левый бок можно, я помогу.

Никита помог царю повернуться.

— И спинку мне одеяльцем прикрой.

Никита и это выполнил.

— Сядь напротив, чтобы я тебя видел.

Никита передвинул кресло, сел.

— Ты православный ли?

Лекарь достал из-за пазухи крестик на цепочке, показал.

— Что-то я не видел, чтобы ты крестился, когда входишь.

— Может, и не перекрестился случайно. О тебе, государь, все мысли, о здоровье твоём.