Легенда о трех мартышках

– Чего уж теперь, – вздохнула бабушка, – на заводе Байкова мне еще лучше жилось! Оклад хороший, продуктовый заказ, комнату в санатории на лето давали и школа у них собственная имелась! Но пришлось уйти! Кто же знал, что Ричард Львиные ноги туда снова на службу придет! Однако он стал начальником!

– Интересно, почему этот тип каждый раз сухим из воды выходил, – задумчиво протянула тетя Лена.

– Ты у меня спрашиваешь? – нахмурилась бабушка.

– Действительно, глупо, – улыбнулась балерина, – ему следовало гипнотизером стать! Хотя, скажу честно, с виду он урод!

Афанасия поставила чашку на блюдце.

– Странное дело. Его обаяние было подобно наркозу. Сначала он тебя одурманивает, ты перестаешь соображать, а затем наступает пробуждение, которое сопровождается тошнотой.

– Ну тошнота, пожалуй, от другого бывает, – хихикнула Мордвинова.

Фася предостерегающе кашлянула.

– Шутка, – быстро сказала тетя Лена, – однако мы бабы дуры! Легко попадаемся на крючок.

– Он умел ухаживать, – пожала плечами бабушка. – Эх, знать бы, что впереди ждет!

– И что бы ты сделала?

– Сейчас уж и не знаю, – грустно сказала Фася.

– Она жива? Ну… Аля?

– Не знаю, – отмахнулась бабуля, – мне ее жаль! Такая слепая любовь! Плохо все для нас закончилось! Ричард Львиные ноги, как всегда, ноги унес! А я с этим живу!

– Он унес ноги на тот свет, – прошептала тетя Лена.

Афанасия откинулась на спинку стула и закрыла глаза.

– Прости, прости, прости, – засуетилась тетя Лена, – ой, какая же я дура! Идиотка! Фася! Сейчас принесу тебе капли Зеленина!

– Нормально, – сказала Афанасия и открыла глаза, – не волнуйся, я давно их всех похоронила.

– Куда? – подпрыгнула тетя Лена.

– В районную поликлинику, там всегда стоматологи в дефиците, – ответила бабуля.

– Фасенька! Ты с ума сошла! – вскипела тетя Лена. – После ведомственной клиники в клоаку! Безумие.

– Это временно!

– Катастрофа!

– Все не так трагично, – попыталась улыбнуться Афанасия.

Балерина покраснела и схватила ее за руку.

– Не глупи. Забери заявление.

– Нет, мне надоели чужие капризы, – отрезала Фася.

Я уронила карандаш, бабушка встала.

– Пойду подогрею кашу, накормлю девочку и уложу спать. Дашенька, собирай рисование и мой руки.

Я поканючила для порядка, нехотя съела гречку и поплелась в спальню. Спустя четверть часа Фася зашла в комнату, поцеловала меня и сказала:

– Спи спокойно.