Ледяная принцесса

Лешка чуть слышно простонал, хотя недовольным и не выглядел, скорее просто дежурные стоны как реакция на привычные раздражители. А музеи ему очень нравились, особенно некоторые. Впрочем, это не мешало ему находиться в некотором двойственном состоянии: с одной стороны ему хотелось, чтобы это все поскорее закончилось и вернуться к друзьям, к привычным занятиям, а с другой ему нравилось быть вместе с Ленайрой, путешествовать по Москве и музеям. Даже театр не вызывал в нем таких негативных эмоций, как он опасался.

"Но все проходит. И эта неделя пролетела быстро и как-то незаметно. И уже в субботу днем их машины подъезжала к центральным воротам особняка Коршуновых. Лешка о чем-то думал, пребывая в блаженной полудреме, Ленайра что-то строчила в тетрадь, не обращая внимания на неудобства.

— Хм… обычно к нам в особняк никто не рвется с таким напором.

— Ты о чем? — Ленайра отвлеклась от записи и глянула в окно. — О!

Оказалось, что перед воротами стояла какая-то женщина и что-то пыталась доказать охраннику, который всякий раз отрицательно качал головой и явно уже начал раздражаться.

— Интересно, кто она и что ей нужно? Опять какая-нибудь сумасшедшая, считающая, что папа обязательно обратит на нее внимание, как только увидит.

— А что, такое было? — покосилась на него Ленайра, стараясь не упустить из виду и происходящее у ворот.

— Было, — вздохнул Лешка.

Машина остановилась перед воротами. Охранник что-то высказал женщине довольно резкое, вышел из калитки и чуть ли не силком оттащил ее в сторону, пока ворота открывались по сигналу из машины.

— Признаться, я уже и не ждала, что вы послушаете меня, — заговорила она, наконец. Лешка удивленно посмотрел на Ленайру, но справедливо рассудил, что сейчас все равно услышит нужное, а потому лучше с расспросами не лезть.

— Вы ее знаете, Снежана? — удивился охранник.

— Виделась… один раз.

— Она говорит, что хочет поговорить с Юрием Петровичем, но отказывается говорить зачем, — он развел руками.

Ленайра вздохнула.

— Я же вам давала свой телефон. И, думаю, Юрий Петрович дал свой прямой.

Наталья Игоревна, а это оказалась именно она, смущенно отвернулась.

— Я стерла телефон Юры… Юрия Петровича.