Ларец, полный тьмы

Врачам пришлось наложить ей несколько швов, но в целом она чувствовала себя вполне сносно. В окно палаты светило полуденное солнце. У кровати сидел Платон Долмацкий, с любовью и тревогой поглядывая на дочь. Когда девушка открыла глаза, он тихо беседовал с Евгенией Белявской, главным врачом больницы Клыково.

– Не стоит ни о чем беспокоиться, – говорила Евгения. – Девочка у вас крепкая, сильная. Через пару дней вернется домой.

– Спасибо, Евгения. – Платон Евсеевич с благодарностью пожал ей руку. – Этой больнице здорово повезло, что именно вы здесь работаете.

Врач ободряюще похлопала его по плечу и вышла из палаты.

– Папа… – Серафима закашлялась, только сейчас ощутив, как сильно пересохло в горле.

Платон тут же налил ей воды из графина, стоящего на прикроватной тумбочке. Серафима взяла стакан и сделала несколько больших глотков.

– Я предупреждал, что знакомство с Поликутиными тебя до добра не доведет, – мягко произнес Долмацкий. – И вот, видишь, чем все обернулось? Сама чудом в живых осталась.

– Иван действительно мертв?

– Да.

– Поклянись мне… что ты не имеешь к этому отношения, – неожиданно потребовала она.

– Что? – удивленно вскинул брови старик. – Как ты могла подумать такое?

– Поклянись, что ты непричастен к его убийству, – твердо повторила Серафима.

– Если ты так хочешь… – пожал плечами Платон Евсеевич. – Но с чего вдруг такие подозрения?

– Я знаю, как ты к нему относился. А еще слышала кое-что… Перед смертью Поликутин сказал, что вы семнадцать лет назад убили какую-то женщину.

– Господи, что за бред? – вспылил Платон. – И ты ему поверила?!

– А что мне еще оставалось? Правда, он был немного пьян… Но ты ведь так ничего мне и не рассказал!

– Расскажу, – тяжело вздохнул Платон Евсеевич. – Но только когда буду готов к этому. А сначала тебе нужно выздороветь и вернуться домой.

– Я в порядке, – упрямо заявила Серафима.

– Я принесу тебе зеркало, чтобы ты увидела свое лицо. И тогда ты поймешь, что далеко не в порядке, – заверил ее отец.

Серафима промолчала. Она только сейчас заметила стойку капельницы у своей кровати. Прозрачная трубка тянулась к иголке, торчащей у нее из локтевого сгиба.

– Тебе здорово досталось, – заметил отец.

– А что с Климом?

– Мальчишка почти не пострадал. Сейчас его мать занимается организацией похорон… Больше я ничего о них не знаю.

– Мне нужен мой телефон.

– Он лежит на тумбочке рядом с тобой.

Серафима медленно повернула голову и увидела свой мобильник.