Шерловая искра

— Тинка, да ты моя умница! — та вилась в руках Рона ужом, пытаясь извернуться и посмотреть на меня, — А мужик-то у тебя каков! Орёл! — она обвила руками шею Рона и прижалась к его щеке. — А я говорила! Последней была карта победы! Я требую, чтобы мне всё подробно рассказали. А то твои писульки — сплошные дразнилки. Одни голые факты, и никаких деталей.

В доме всё было готово ко встрече дорогой гостьи. А точнее, нового члена семьи. Флита утирала платочком глаза, Кора с улыбкой во весь рот нетерпеливо ёрзала на месте, остальные обитатели имения ожидали появления легендарной личности с любопытством и готовностью помочь, ну и, конечно же, Мираз… В холле, когда муж, наконец, поставил смущённую бабусю на ноги и сам помог ей раздеться, заметно волнующийся старик, подошёл к Идриль и чинно поцеловал даме руку.

Хотя, клянусь, если бы не свидетели и сдерживающие условности, оба бросились бы обниматься — настолько читаема была их обоюдная радость от новой встречи.

Тут уж поднялась приятная суета, мы хором носились с Идриль, как с бесценной хрустальной вазой, стараясь устроить для неё все удобства сразу.

Однако, радостные встречи состоялись сегодня не только у нас. Вместе с бабулей на новое место жительства прибыла жена Вагана — мама Сорроса, и не только она. Я вот не подумала, а муж мой ещё тогда, на постоялом дворе Рамины, когда отправляли письмо в Хальдад, побеспокоился о том, чтобы правильно устроить судьбу своих людей. Поговорил с мужчинами, которых хотел оставить с нами в столице, и приложил к моему посланию своё — с просьбой к отцу отпустить с Идриль их семьи.

Так что нынче в имении царила атмосфера глобального новоселья.

Дом старушке понравился. Одобрительно качая головой, она прошлась со мной под ручку по всем этажам, пока я рассказывала о грядущих перестройках, а потом, после семейного ужина вчетвером уселись в малой гостиной — с чувством, толком под ароматный чаёк делиться новостями."

"Ох, сколько их накопилось — страсть. Конечно же, уступая просьбе любопытной бабули, мы с мужем хором и по очереди взялись пересказывать ей все свои приключения.

Наблюдая за тем, как слушает и эмоционально воспринимает Идриль каждый поворот этого непростого времени, я как будто переживала всё заново.