Лайла. Сквозь галактику за счастьем

Рика тогда отбросила эти мысли и убедила себя в том, что все происходит как надо. Она подарить любимому то, чего эта Лайла сделать не смогла, что автоматически сделает ее победу полной.

Хотела ли Рика ребенка? Вроде бы да, хотя не сказать чтобы его потеря ударила по ней настолько сильно, как считали окружающие.

Ребенок лишь делал их связь с выбранным мужчиной крепче, склонял чашу весов на ее сторону, помогая Адаму сделать правильный выбор, как Рике тогда казалось.

Гибель Адама да, ударила. Но скорее из-за неоправданных ожиданий, чем по какой-то иной, более глубокой причине.

“Он меня подвел. Бросил. Оставил одну,” — крутилось в голове Рики, когда она зачем-то отправилась к бывшей жене своего избранника, так до конца и не понимая, для каких именно целей.

Чтобы разделить свою беду и оплакать разбитые мечты? Пожаловаться?

Энрика тогда мало что соображала, и об угрозе здоровью думала в последнюю очередь.

Чувствовала ли она свою вину хоть за что-то: разбитую семью, потерю своего ребенка, испорченную репутацию, слухи, которые курсировали вокруг Лайлы?

Нет.

Как и благодарность к той, что, как сказали медики, спасла ее от гибели.

Потому что ни о ком, кроме себя, Энрика никогда не думала и не переживала.

К чести блондинки, кстати, к слухам о сигойне она никакого отношения не имела. Но и что-либо, чтобы пресечь сплетни о вине госпожи Орис... то есть Бояновой к гибели избранника и ребенка тоже не делала.

И бывшую Адама ни в чем не винила, хотя и на каком-то интуитивном уровне все равно опасалась и избегала.

Особенно когда оказалась с ней в равных обстоятельствах, на одном корабле, по воле отца попав в миссию “Невус”. Невольно сравнивая себя с этой женщиной и, будем честны, даже завидуя ей.

Ведь торжество оттого, что Адам выбрал Рику, а не Лайлу, уже перестало иметь значение. А в остальном сигойна вроде как выигрывала по всем параметрам, даже не подозревая, что участвует в какой-то созданной в фантазиях Рики борьбе.

Энрике понравилась роль жертвы. Понравилось жалеть себя и плакать о своей несчастной судьбе, не предпринимая попыток что-либо изменить, взять себя в руки, стать сильнее и решительнее.

Тот факт, что, если бы не Лайла, вряд ли Энрика бы выбралась из плена, блондинка тоже как-то очень быстро забыла и приняла, как само собой разумевшееся. А что она тогда могла сделать? Да и зачем?

Как мы уже поняли, благодарность - вообще не ее конек, ведь мир обязан крутиться вокруг Рики Болер, и никак иначе.