Лайла. Сквозь галактику за счастьем

Она влюбилась в симпатичного техника станции с первого взгляда, когда в медцентре мужчина попал к ней на прием, и сразу же решила, что хочет видеть его своим мужчиной.

Вот хочет, и все тут.

Если бы мысли и желания Рики анализировал кто-то более зрелый и опытный, то сказал бы, что мужчину госпожа Болер выбрала как платье в робо-маркете. Ткнула пальцем и застучала ножками, ни о чем более не думая.

Женат? Ну и что. Как поженился, так и разведется. Энрика не думала о чувствах его жены и предпочитала поначалу вообще делать вид, что супруги любимого в их отношениях просто не существует.

Не думала блондинка и о моральной стороне вопроса, и о том, что делает что-то не так.

Разве в чем-то была ее вина?

Тем более Адам ответил ей взаимностью без колебаний, убедив в том, что живет с женой по привычке и давно ничего к сигойне не чувствует. Уверив, что она, Энрика, такая милая, мягкая и юная, в тысячу раз лучше Лайлы, являющейся полной ее противоположностью.

Правда, менять что-либо в своей жизни не спешил.

Вначале тайная связь будоражила и предавала их отношениям остроту. Но потом Энрика захотела большего. Захотела Адама в единоличное пользование, потому что ей надоело оставаться в тени и скрывать их отношения от окружающих.

По совету матери Рике удалось подменить противозачаточную инъекцию мужчины и забеременеть. Ведь Лайла так и не сумела родить ребенка от мужа, что давало Энрике фору в этом противостоянии, о котором жена любимого даже не подозревала.

Рика слезно просила Адама, чтобы он поскорее бросил опостылевшую супругу. Он обещал уйти, как только решит проблему с жильем.

“Чтобы у нас было свое гнездышко, милая.”

И госпожу Болер нисколько не смущало, что это “гнездышко” возлюбленный собрался получить обманом у супруги.

“А зачем беспокоиться о подобных глупостях? Это не моя проблема и не моя ответственность,” — думала тогда Энрика."

"Когда Адам наконец-то ушел к ней, как-то неожиданно и резко, без обещанного жилья, но все же, женщина была счастлива.

Ох, как она торжествовала, глядя в лицо соперницы, когда приз по имени “Адам Орис” достался ей. И одновременно не могла не заметить, что Лайла Орис не выглядит ни сломленной, ни несчастной, ни раздавленной горем. Более того, бывшая Адама оказалась красивее, ярче и интереснее, чем ее представляла Энрика, отчего вкус победы почему-то немного горчил.