Купленная ночь

— Вы замерзли? — её жест не остался не замеченным.

И, о, Всемилостивая, Редрас начал расстегивал сюртук.

— Что Вы делаете? — Уитни показалось, что она вскрикнула, на самом же деле из её голоса вырвался шепот.

— Собираюсь накинуть сюртук на Ваши плечи. А Вы о чем подумали, мисс Кларисси? — фыркнул Киан, ловко справившись с пуговицами. Его длинные пальцы действовали уверенно, что наводило на мысль, что данный господин часто игнорировал услуги камердинера.

— За… зачем? — благоразумие не желало возвращаться к девушке.

"— Затем, что Вы дрожите, точно лист на ветру. Раз. И с моей стороны неосмотрительно было Вас выводить из дома в одном бальном платье. Два. Я не учёл, что у озера не действуют отопительные волновые системы.

Уитни нахмурилась. Что за отопительные волновые системы? Для себя она мысленно сделала пометку обязательно разузнать поподробнее о них.

А пока… Пока на неё обрушился терпкий запах дорого парфюма мсье Редраса, когда сюртук опустился ей на плечи. Наслаждаться долго приятным мужским ароматом ей не пришлось — вопреки всем светским нормам поведения, Киан опустился перед девушкой на корточки и самолично запахнул сюртук на её груди, естественно, коснувшись двух упругих холмиков.

Глаза Уитни расширились до неимоверных размеров, и девушка снова позабыла, как дышать. Она смотрела в лицо Киана, которое теперь находилось в опасной близости от её, и отчаянно пыталась понять, что же затевает мужчина.

Тщетно.

— Так лучше, — это был не вопрос, а утверждение. Убедившись, что сюртук надежно укрывает полуобнаженные плечи Уитни, Киан всё же поднялся на ноги и встал напротив девушки.

— Что Вы себе позволяете? — Уитни, вновь обретя способность говорить, попыталась возмутиться, хотя стоило признать, что с сюртуком на плечах было значительно теплее и уютнее.

— Забочусь о Вас, и только. Вы мне нужны здоровой.

Последнее заявление насторожило Уитни, как ничто, сказанное им сегодня ранее.

Она-ему-нужна.

Так-с….

Уитни, прищурив глаза, и подняв кверху подбородок, чтобы было удобнее говорить, смотря ему прямо в глаза, негромко, но требовательно спросила:

— На что Вы намекаете, господин Редрас?

Тот встал напротив неё, скрестив руки на груди, отчего мышцы под шелковой сорочкой обозначились четче, и девушка невольно вспомнила, как прикасалась к ним ТЕМ вечером.

— Я не намекаю, мисс Уитни Кларисси. Я Вам говорю открыто. Вы мне нужны, — мужчина говорил решительно, и каждое его слово тяжестью оседало на хрупкие плечи девушки.