Купленная ночь

Естественно, у многих возникал вопрос — что могло связывать её и потомка древнего рода?

Уитни крепилась. Из последних сил.

Хотя стоило только представить, о чем с ней собирался поговорить многоуважаемый (будь он неладен) мсье Радрас, как сразу же хотелось изобразить из себя кисейную барышню и упасть в обморок. Именно так. Воспользоваться самым древним и верным способом избегания подступающих проблем.

То, что проблемы будут — Уитни не сомневалась."

"Если бы мсье Редрас хотел сохранить в тайне или в прошлом их знакомство, он бы не устраивал их встречу вновь.

Не суетился с приглашением на вечер к давнему другу, не приглашал бы её на танец. На первый танец, на который всегда делался более пристальный акцент. И Уитни ещё предстояло придумать, как она будет объясняться с тетушкой. Та непременно поднимет шум вокруг её знакомства с Редрасом, всё пожелает узнать в подробностях. А что скажет ей Уитни? Что она решила расстаться с девственностью, купила ночь с мужчиной у мадам, и в конечном итоге к ней пожаловал никто иной, как данный господин?

Богиня Всемилостивая, во что же Уитни вляпалась…

Другого слова для характеристики данной ситуации не находилось.

— Вы непривычно молчаливы.

Это он сейчас над ней подтрунивал?

Руки Уитни невольно сжались в кулачки.

— А Вы достаточно хорошо меня знаете, чтобы сделать вывод, что для меня привычно, а что нет?

Богиня, и кто тянет её за язык? Почему не может смолчать? Где её благоразумие? Наверное, осталось на пороге дома мадам Ирмисы, когда она впервые посещала его.

Они вышли в сад, и Кан жестом предложил пройти вглубь. Уитни сначала хотела отказаться, потом огляделась и увидела ещё несколько праздно прогуливающихся пар. Разговор между ней и мужчиной предстоял не легкий, дополнительные свидетели им ни к чему.

Кивнув, Уитни безмолвно согласилась.

— Хороший вопрос, мисс Кларисси. Знаю я Вас немного, но… — она на него не смотрела, но готова была поклясться, что на его губах по-прежнему сияла довольная усмешка, которую всё сильнее хотелось стереть.

 — Мы оба причастны к тайне, которая нас объединяет, и дает мне право делать некоторые выводы.

О каких именно выводах идет речь, Уитни уточнять не стала. От греха подальше.

А вот то, что он сделал акцент на тайне, их объединяющей, — плохо.

Уитни не спешила с ответом. Наверное, всё-таки сначала надо взвешивать каждое слово, и лишь потом говорить. Иначе они, пожалуй, договорятся до чего-нибудь этакого провокационного. И совсем неприличного.