Сердце Дракона. Том 19. Часть 2

"Сердце Дракона. Девятнадцатый том. Часть 2

Глава 1682

На западе, среди высоких горных пиков, замершими стрелами пронзающими угрюмое небо, вот-вот готовое разразиться холодными, острыми слезами, происходило нечто, чего Хаджар еще прежде не видел.

Генерал улыбнулся.

Как часто он думал, что больше уже никогда не сможет подумать так — “я этого еще прежде не видел” и столь же часто Безымянный Мир умудрялся подарить ему мгновение удивление, влекущее за собой минуты осознания собственной миниатюрности. Как маленький лучик света, забравшийся в темный, заброшенный колодец, он изредка выхватывал из тьмы отдельные камни, покрытые сеточкой тины и водорослей.

Но нет.

В Безымянном Мире чудес существовало, скорее всего, даже больше тех, кто эти самые чудеса мог лицезреть и оценить по достоинству. Больше волшебства, чем глаз, их наблюдавших.

Вот только…

Хаджар крепко сжал зубцы каменной стены.

Вот только отчего-то, чем ближе к краю мира, чем дальше от регионов смертных, здесь, на границе Северных Земель, в самом сердце Пути Развития, волшебство все чаще шло рука об руку с ужасами.

Раскинув широкие крылья, сотканные из нитей мерцающей хаосом реальности, она летела над скалами и плато, она заставляла камни походить рябью встревоженного озеро; стягивала небеса, разрозненные двумя потоками реальности; делала горы похожими на реки, а водопады — на звездные пути.

Созданный духом Сумеречной Горы разлом реальности постепенно закрывался, возвращая первоначальный вид окружающей действительности. Выглядело это сродни тому, как опытная швея плавными, но быстрыми стяжками сшивает воедино разноцветное полотно гобелена. Наблюдатель сперва не понимает, что именно он видит, но чем ближе мастерица к завершению процесса, тем отчетливее выдает себя общая картина.

Ощущения примерно схожие.

С той лишь разницей, что это, все-таки, не гобелен, а реальность.

— Ты так и не задал ни одного вопроса.

Хаджар покосился на Абрахама, все это время стоявшего рядом. Старик, надвинув шляпу на глаза, курил трубку.

Вместе с Шакхом, они были там. Там, где среди пепла и пороха, Король и Слуга, заслужили свое извечное проклятье. Теперь Хаджар обладал почти полной картиной произошедшего.