Кто там во тьме?

А вдруг кто-то из этого списка подвергся нападкам со стороны банды? Или еще хуже – репрессиям?

Девушка набрала номер Уле.

Да, две девушки прервали курс лечения без какой-либо видимой причины и снова стали употреблять наркотики. А когда Уле попытался заговорить с ними, вели себя крайне агрессивно, выглядели испуганно. А один паренек лежит в больницы после совершенного на него нападения на улице.

Гру закруглила разговор. Набрала номер отдела по борьбе с наркотиками и продиктовала все известные ей имена и номера телефонов наркодельцов.

Потом девушка стала складывать вещи Калле. Собрав все, выставила вещи на улицу. Полиция обещала приехать и забрать их. А соседи пусть думают, что хотят.

Затем позвонила в мастерскую и заказала новый дверной замок, попросив вставить его тотчас же.

Сотрудник полиции рассказал, что они уже давно следят за этой бандой, но им никак не удавалось собрать доказательства.

Закончив дела, Гру уехала. Не к Уле, Финну или родителям. Она поехала к Туве, пережившей в юности не одно поражение.

11

Тува жила на Линде-аллее.

Андре и Мари покинули этот мир. Их смерть стала большой утратой для всех родственников. Особенно тяжело дался уход Андре. Он был связующим звеном поколений, и с его уходом стало пусто.

Задолго до их смерти на усадьбу переехала Тува с Яном, чтобы постепенно взять управление усадьбой на себя. Старики радовались переезду. У них появилось трое внуков, а у младшего Тенгеля – братья и сестры. На Линде-аллее снова стало шумно.

Ян стал работать в старой автомастерской Андре, переделав ее на современный лад.

Родители Тувы, Рикард и Винни Бринк, жили на вилле у Осло-фьорда. Виллу решено было оставить для внуков. Дом находился в очень красивом месте; такие дома обычно не продают.

Тува ничем не могла утешить свою молодую родственницу.

– Оставайся ночевать, Гру. Я прекрасно понимаю, что ты не можешь сейчас жить в своей квартире. Однако я должна ехать к Кристе. Я очень волнуюсь за нее.

– Она больна?

– Да. Обычная простуда вдруг перешла в воспаление легких. Натаниель утверждает, что она даже этому рада!

– Может так оно и есть.

– Вовсе нет. Многие думали точно так же как и ты.