Кто там во тьме?

Уле Йорген намного лучше ладил с сельскохозяйственным инвентарем, чем выступал в роли утешителя.

– Что ты такое говоришь, Мари, какая еще другая?

Мари вздохнула и потерлась о его щеку.

Они плакали, сажая цветы на могиле. Слезы приносили успокоение и облегчение. Таких слез нечего было стыдиться.

Этот день стал для Мари началом новой жизни. Она словно очистилась, снова стала радоваться жизни, своим детям. Улучшились ее отношения с родственниками.

Все были рады этим переменам. Представители Рода всегда заботились друг о друге.

И их весьма огорчало решение сначала Кристель, а потом Мари держаться в стороне от Рода.

Поездки из Акерсхюса в Трёнделаг и обратно становились все чаще, много было сказано слов примирения.

Уле Йорген и Мари спокойно относились к тому, что все дети, в полном соответствии с традициями рода, зачинали и рожали детей до женитьбы. В мире бывают катастрофы похуже. Дети же постепенно женились и выходили замуж за своих избранников. За двенадцать последующих лет у Мари появилось восемь внуков.

Однажды, много лет тому назад, Странник предсказал Ветле, что именно его ветвь Рода будет способствовать увеличению численности Людей Льда. Мари с мужем были этому только рады.

Ветле всегда был человеком крепкого здоровья. И сейчас, в 1980 году, когда ему исполнилось уже 78 лет, он по-прежнему был в прекрасной форме и здравом рассудке. Все внуки и правнуки боготворили его, а он, в свою очередь, нежно любил всех. Он редко говорил о своей Ханне, убитой Тенгелем Злым.

Тем не менее все знали, что ему порой бывало одиноко. Дети и внуки не забывали его – ходили с ним в кино, ездили за границу. Внуки выбирали для просмотра самые хорошие фильмы, и Уле Йорген пересмотрел массу вестернов.

Старик хорошо помнил свою поездку в Испанию, и очень радовался поездке в Андалусию. Но его так и не смогли уговорить посетить Лас Марисмас.

Однажды вечером, оглядывая крыши севильских домов, старик вдруг загрустил. Внуки спросили старика о причине грусти.

– Мне так не хватает голоса. Глубокого, сильного голоса. Впервые я услышал его, когда мне было четырнадцать лет. Слышал я его и в этой стране. И много лет спустя. «Ветле», – звал меня голос. Слыша голос, я всегда покрывался гусиной кожей – от страха и от радости, – отвечал тот.

Внуки поняли, что Уле Йорген вспоминал Странника, а, значит, тоже тосковал по своим предкам."

"Лисбет Йонатана рано умерла от рака.