Кто не думает о последствиях…

 – По нашим законам ты не должна жить! Тебя убьет муж, когда все узнает, тебя закидают камнями соседи, тебя зарежут родственники! Нет тебе прощения!"

"Он презрительно смотрел, как она накинула халат, как, зажимая дрожащими руками расходящиеся полы, неловко собрала валяющееся на полу белье, как смахивала рукавом льющиеся по щекам слезы… Зарема знала: все, что сказал Абрикос, – чистая правда! Ей нет прощения! Горская женщина, ступившая на кривую дорожку, обречена на всеобщее презрение и смерть. Ей не посочувствуют ни мать, ни сестры, а отец, братья или дядя своими руками смоют ее кровью пятно с чести семьи… Но и потом, после смерти, она будет вечно гореть в аду…

– Только один путь остался для тебя, шлюха! – кривлялся сидящий перед ней шайтан, то высовывая длинный раздвоенный язык, то почесывая копытом шерсть между рогами… – Один способ искупить свою вину!

Она знала, что он имеет в виду.

– Ты должна стать шахидкой, уничтожив как можно больше кафиров!

Да, это единственный выход! Только так можно избежать позора и сохранить честь семьи…

– Я согласна, – прошептала она белыми губами, распухший язык еле шевелился в пересохшем рту.

Она знала, что такие возражения не принимаются. В таких случаях отвечают: «Мы его без тебя вырастим!»

Но сейчас все пошло по-другому. Шайтан исчез, на табуретке у стола сидел Абрикос – хотя и непутевый парень, но вошедший в ее положение, и даже, судя по взгляду, сочувствующий ее горю.

– Да, Асланчика жаль, – печально кивнул он. – И Магомеда жаль.

– Но чем я могу…

– Можешь, можешь, – успокаивающе кивал Абрикос. – Сведи меня с Вахидом…

* * *– Что с тобой, Зарема? Я тебя просто не узнаю! Случилось что-то? С Магомедом?

Сегодня Вахид был в синем гражданском костюме, который ему очень шел, подчеркивая благородство лица и статность фигуры. Но сейчас она не могла им любоваться. Слезы застилали глаза, в ушах стоял гул. Язык снова распух и стал сухим, еле выговаривая слова.

– Ко мне приходил человек от Оловянного. Абрикоса знаешь? Хочет с тобой встретиться…

– Зачем я им понадобился? – нахмурился капитан-пограничник. – В банду свою будут приглашать? Так мне с ними не по пути.

И тут же нахмурился еще больше, заглянул женщине в наполненные слезами и страхом глаза.

– Почему он к тебе пришел? Почему?!

Она отвернулась.

– Во-первых, я убираю у Саиды Омаровны и там встречалась с самим Оловянным.