Кто не думает о последствиях…

 – А такого коньяка сейчас по всей России не найти!

– Да это просто пир на весь мир! – У Ивана Степановича даже слюна выделилась. Таких деликатесов его скромный домик никогда не видел. Да и он не пробовал столь изысканной снеди со времен того самого кремлевского банкета по случаю награждения участников проекта «Тайга».

– За приятное знакомство с уважаемым аксакалом, славные дела которого оценены столь высокой наградой, – Карим почтительно указал на орден. Мончегоров сдержанно улыбнулся: наконец-то хоть кто-то заметил! Пластиковые стопки бесшумно соприкоснулись и разошлись, разнося содержимое по назначению.

Коньяк действительно оказался мягким и ароматным. И цыпленок был изготовлен по всем правилам: хорошо отбит, нашпигован чесноком и зажарен под гнетом. Когда-то Иван Степанович с Евгеньичем ели такого в «Арагви».

Выпили еще, закусили. Карим шутил, рассказывал анекдоты, успевая сделать хозяину бутерброд с икрой и в очередной раз наполнить рюмки. Наби молчал, улыбался шуткам своего спутника, иногда пристально рассматривал Ивана Степановича, как будто хотел заглянуть ему в душу.

Как-то незаметно бутылка опустела, и водитель принес новую. Иван Степанович расслабился, на душе потеплело, и даже перспектива выселения отошла куда-то на задний план. Но зачем пришли гости? За что хлебосольно угощают его и щедро поят? Он ведь не выделяет кредиты, не устраивает на «хлебные» должности, не распоряжается землей и сырьевыми ресурсами…

– Вы, наверное, думаете, зачем мы к вам пришли? – будто прочитав его мысли, заговорил Наби.

Он явно был старшим – Карим сразу замолчал. Так уходит с арены клоун, развлекающий публику до начала основного номера.

– Думаю, – признал Мончегоров. – И чем больше думаю, тем больше прихожу к выводу, что вы меня с кем-то перепутали…

– Ну, что вы, – слегка улыбнулся Наби, как взрослый улыбается несмышленому внучонку, считающему, что Земля плоская. – Мы пришли к вам как к активному участнику проекта по переброске сибирских рек в Среднюю Азию.

– Тогда вы не ошиблись, – удовлетворенно кивнул Иван Степанович.

Ему было бы неприятно, если бы эти милые люди накормили и напоили его по ошибке.

– Проект это основная часть моей жизни. Я пришел на него в тысяча девятьсот семидесятом двадцатидвухлетним мальчишкой, а ушел в тысяча девятьсот восемьдесят шестом Главным инженером… Но это дела давно минувших дней… Чем они могут быть вам интересны?

Наби покачал головой."

"– Для Казахстана и сегодня это очень важная и живая тема.