Кто не думает о последствиях…

"

"Выждав еще минут десять, Иван Степанович надел прямо на домашнюю рубашку и растянутое трико пиджак с орденом и направился к калитке. При его появлении приехавшие одновременно вышли из машины. Получилось у них это так ловко, будто в синхронном плавании. И одеты они были одинаково: темно-синие костюмы, белые сорочки, черные галстуки, начищенные черные туфли. Водитель остался за рулем, а синхронная пара подошла к калитке. Одному было лет двадцать пять, второму – за тридцать, оба явно выраженной восточной внешности.

– Здравствуйте, Иван Степанович! Мы представители Правительства Республики Казахстан, – сказал тот, что был помоложе.

«Вот тебе раз! Какое отношение ко мне имеет Казахстан?»

– Меня зовут Карим, а его Наби, – говоривший указал на своего спутника. – А отчества наши вам трудно будет запомнить, да мы ведь и моложе, так что можно по именам. У нас к вам деловой разговор.

Мончегоров терялся в догадках, зачем он понадобился Правительству Республики Казахстан, но тревога постепенно уходила – гости пришли точно не из-за дачи.

– Заходите, поговорим. – Мончегоров распахнул калитку.

Приглашать в дом посторонних людей он не любил, провел в сад, и они расположились на деревянных лавках в обвитой виноградом беседке – хозяин по одну сторону небольшого стола, гости по другую.

– Может, чаю? – прервал затянувшуюся паузу Мончегоров, пытаясь вспомнить, есть ли у него сахар.

– Если не возражаете, предлагаю пообедать, – Карим достал сотовый телефон. – У нас все с собой, водитель накроет стол, а за едой легче вести и дружескую беседу, и деловой разговор…

Мончегоров не возражал. Карим позвонил, и через минуту крепкий мужчина в таком же костюме принес большую сумку, молча застелил стол бумажной скатертью и разложил на ней душистый лаваш, масло, баночку красной икры, пластиковую коробочку финского сыра, палку сырокопченой колбасы, ресторанный контейнер с остро пахнущими, распластанными и хорошо прожаренными цыплятами табака.

Водитель так же молча ушел, а Карим сделал приглашающий жест.

– Прошу, Иван Степанович! Все наше, казахское! Это кызы – конская колбаса, – он раскрыл большой складной нож и ловко ее нарезал.