Крысятник

 — Разве ты не понимаешь, зачем этот ублюдок явился сюда? Он не сумел достать меня и решил убить мою жену и моего сына!

Ствол ткнулся в лоб Серому, больно расцарапав кожу. Струйка крови тоненьким ручейком стекла на переносицу и кровавой слезой прокатилась по щеке. Дальше ручей не пролился. Он будто бы высох на самой середине щеки, оставив красную отметину.

— Ты сам побывал в следственном изоляторе, майор. И отлично знаешь, что оттуда есть свои выходы. Хочешь, чтобы Серый выбрался на волю и довершил начатое?

Наступила тишина, прерываемая лишь шумным дыханием мужчин и всхлипываниями Натальи.

— Забирай его, — сказал он устало. — У вас это лучше получится — без суда и следствия.

На голову Серому набросили темный мешок, неприятная пыль ударила в ноздри. Чьи-то сильные руки наклонили его, и за спиной зловеще щелкнули наручники.

* * *— Тут вот какое дело, — произнес Варяг, оставшись наедине с Чертановым. — В ходе нашей совместной операции погиб один мусор.

— Наш человек? — вскинулся майор.

— Я не говорил: человек, я сказал: мусор. Котляр. Он действовал заодно с твоим «крестником». Мои люди позже предоставят тебе доказательства, чтобы МУР не слишком рыл землю.

— Учти, если это туфта…

— Бес! — осуждающе воскликнул Варяг. — Разве мы с тобой такие люди, чтобы бросать слова на ветер?

Чертанов невольно улыбнулся. Он, тертый опер, и отпетый бандит действительно оказались кое в чем схожими. Их можно было убить, но не сломать.

— Ладно, давай прощаться, — буркнул он, отчего-то стыдясь выдать свои чувства.

— Давай. А это тебе на память, — Варяг неожиданно сунул в руку Чертанова какой-то небольшой предмет.

Михаил разжал пальцы — на ладони лежал тигриный клык. Теперь все будет хорошо. Чертанов сдержанно улыбнулся:

— Где ты его нашел?

— Неважно, — ухмыльнулся в ответ Варяг.

— Сдается мне, что в последние дни вокруг меня крутилось слишком много твоих людей.

— Можно подумать, ты, майор, поворачивался к нам спиной со спокойным сердцем.

Голос Варяга звучал ровно и доброжелательно, а Михаил вдруг вспомнил тигра, заворожившего его своим взглядом.

— Уходи, — сказал он. — Сейчас здесь будет много народу, и тогда я буду вынужден вспомнить, кем являюсь на самом деле.

— Ментом?

— Охотником на людоедов.