Кровник (пенталогия)

Ване двадцать лет, номер дома, а квартира, 16 мая, день рождения. Просто все. Бейте сколько влезет, путаться он не станет…

— Атэц, мат, кто? — продолжал допрос бородач.

— Мать домохозяйка. Отчим на рынке торгует.

— Шьто прадает? Сколка зарабатывает? — заинтригованно приподнял правую бровь бородач.

— Зажигалки, расчески, заколки, бигуди, мелочь всякая, короче. Имеет за месяц двести-триста баксов, когда повезет, чуть больше. На жизнь хватает. Сейчас я в армии, им как бы полегче…

— Хата какой ест? — нетерпеливо перебил бородач.

 — Трьех, двухкомната? Сколка стоит твой такой хата?

— Хата двухкомнатная. Стоит… Сколько же она стоит? Вот в нашем доме продавали двумя этажами ниже, так за 160 штук деревянными. А наша, значит, будет где-то 140–150. Не больше.

Бородач огорченно покачал головой, поцокал языком. Минуту размышлял, затем снисходительно махнул рукой:

— Ладна. Шьто с табой дэлат? Сабсэм худой бакшиш… Ладна, десят штук баксов. Долларов, значит. Писмо пиши мат, нэт, значит, убиваит будим…

Повезло солдату Ване.

Угодил он не к отмороженным «индейцам», которые заламывают цены несусветные, ни с чем не сообразуясь (хочу полмиллиона баксов, и все тут!), а к нормальному бандиту с коммерческой жилкой, который сносно разбирался в черной экономике. Цена выкупа была вполне реальной: если продать якобы существующую квартиру да подзанять у всех подряд приятелей якобы имеющего место отчима, можно с грехом пополам выкрутиться.

Написал Ваня на липовый адрес и положился на волю судьбы.

Вранье лишь отдаляло неизбежную гибель, шансы обрести свободу по-прежнему оставались настолько мизерными, что ими можно было пренебречь. Никто ему не поможет, никому он не нужен. Мать-пенсионерка, триста рублей в месяц. Два старших брата, живущие отдельными семьями, — алкаши, все из дому тащат. Даже если все родственники объединят усилия, им вовек не собрать той огромной суммы, которую указал бородатый чечен…

В плену Ваня провел что-то около трех месяцев. Абрека, к которому он попал, звали Руслан Умаев, чеченцы не считали целесообразным скрывать от пленников, кто является их хозяином.

Руслан гордо величался «полевым командиром», «полковником чеченского спецназа» и «хозяином гор», а местечко, где содержались пленные, не менее велеречиво именовалось «базой».

Всего-то базы было: две сложенные из камня избушки, для Руслана и охраны, два сортира, навес и несколько долбленных прямо в скальном грунте зинданов для содержания пленников.