Красавец опекун

Интересно, а в Нью-Йорке у него тоже имеются связи? Сколь многое ему известно об их развлечениях? Мысленно Каролина дала себе затрещину. Как это глупо! До сегодняшнего утра он вообще не подозревал об их существовании.

— Ну, в одном сомневаться не приходится — оно не такое, как здесь. Повсюду полно дельцов и офицеров на половинном жалованье. Ни о каком высшем свете там и не слыхивали.

Макс испытал некоторое облегчение от такого ответа. Он не ожидал, что его новообретенные подопечные купались в роскоши светской жизни.

Наоборот, он гадал, имеется ли у них хоть какой-то опыт в этой области. Рассуждения мисс Твиннинг подсказали ему, что она, по крайней мере, способна отличить менее уважаемых представителей общества от элиты.

Они достигли ворот парка и свернули на дорожку для экипажей. Скоро двуколка уже размеренно катилась под деревьями, все еще лишенными листвы. Легкий ветерок играл лентами капора Каролины и темными гривами лошадей.

Макс заметил, что Каролина с интересом осматривается по сторонам.

— Боюсь, что в такое время вы едва ли увидите здесь кого-нибудь примечательного. Преимущественно няни гуляют со своими подопечными. Позднее, с трех до пяти, будет действительно оживленно. Сезон еще не начался, но большинство людей уже вернулось в столицу. А Гайд-парк — это место, где можно показать себя. Давние приятельницы встречаются здесь для обмена свежими сплетнями, а молодые леди прогуливаются по дорожкам со своими кавалерами."

"— Понимаю.

Каролина улыбнулась про себя, представляя, как они с сестрами впишутся в эту картину.

Макс также заметил ее улыбку и был озадачен. Каролина Твиннинг явно была умнее женщин, с которыми он обычно завязывал любовные отношения. Он не мог угадать ее мыслей, узнать которые ему, как оказалось, очень хочется. Тут он вспомнил еще один важный вопрос, ответ на который следовало получить немедленно.

— Возвращаясь к плану моего дяди выдать вас всех замуж. Удовлетворите мое любопытство, сделайте милость. Как выглядят ваши сестры?

Этого вопроса Каролина боялась больше всего.

Она колебалась, пытаясь подобрать нужные слова, которые помогли бы ей снова обрести почву под ногами.

— Что ж, они всегда считались весьма хорошенькими.

Ее замешательство не укрылось от Макса. Он счел это деликатной попыткой намекнуть, что, по крайней мере одна из девушек обладает самой заурядной внешностью. Кивнув, он не стал настаивать на дальнейшем развитии темы.

Они объехали вокруг озера, и Макс пустил лошадей рысью.