Красавец опекун

Макс, которому еще только предстояло выяснить, что затевают его младшие подопечные, относился к балам-маскарадам с опаской, а потому постарался получше запомнить, какие на сестрах наряды, когда приехал в Твайфорд-Хаус, чтобы сопроводить их в Пенборо-Хаус. Каролину узнать ему не составит труда. Хотя она и была в домино цвета морской волны, он давно научился чувствовать ее присутствие и без труда отыскал бы ее в людном зале даже с завязанными глазами.

Сара, имеющая несколько изможденный вид, но держащая голову высоко поднятой, как и подобает истинной Твиннинг, накинула темно-зеленое домино поверх атласного платья, тоже зеленого, но оттенком чуть посветлее.

Арабелла пыталась спрятать свои непослушные локоны под розовый капюшон, а огромные серые глаза Лиззи взирали на Макса из капюшона цвета лаванды. Запомнив эти нюансы, Макс велел своим подопечным поторопиться.

Едва войдя в бальный зал Пенборо-Хаус, младшие мисс Твиннинг немедленно затерялись в толпе, а Каролина осталась стоять рядом с Максом, поддерживающим ее под локоток.

Со смущением она поняла, что истинная цель балов-маскарадов — дать возможность парам провести весь вечер в компании друг друга, скрывшись за масками и не вызвав тем самым скандала. Ее опекун, разумеется, никуда от нее отходить не собирался.

Пока музыканты настраивали инструменты, к Каролине направилась фигура под серым домино, в которой она без труда узнала мистера Уиллоуби. Бедняга не был до конца уверен в своей догадке, и Каролина не стала облегчать ему задачу.

Она посмотрела на своего высокого спутника, и тот улыбнулся ей. Мистер Уиллоуби явно намеревался пригласить леди в домино цвета морской волны на первый вальс, но Макс его опередил.

После второго вальса в объятиях своего опекуна, который пока вел себя предельно почтительно, Каролина захотела прогуляться по дому. Бальный зал был переполнен, и несколько гостиных тоже. От целого ряда бесконечных сообщающихся комнат у Каролины закружилась голова. Макс рассказывал ей длинную забавную историю, притягивая ее внимание к своему скрытому маской лицу и весело сверкающим глазам.

Конечно же ей следовало бы вести себя более осмотрительно, но, находясь в обществе своего опекуна, она напрочь забывала об опасности. Осознание пришло лишь тогда, когда, войдя в придерживаемую им для нее дверь, она оказалась в спальне, явно предназначенной для гостей, охваченных внезапным порывом страсти. Повернувшись к Максу, Каролина увидела, что он запирает дверь.