Коварный обольститель

Он демонстрирует воспитание и любезность потому, что вознес себя на такую высоту, с какой считает унизительным для себя обращаться с кем-либо иначе, чем с холодной вежливостью; а кроме того, полагает себя невероятно важной персоной, поэтому ему нет дела до того, что думают о нем другие.

– А ведь ты здорово недолюбливаешь его, верно? – с ухмылкой заметил Том.

– Да, недолюбливаю! Но даже если бы это было не так, как я могу принять предложение герцога, если сделала его злодеем в своем романе?

При этих ее словах Том не выдержал и рассмеялся.

– Эй, гусыня, – заметил он, – но ведь тебе необязательно говорить ему об этом!

– Говорить ему! Мне вовсе необязательно говорить ему об этом, раз уж я в точности описала его!

– Феба, неужели ты думаешь, будто он станет читать твою книгу, а? – поинтересовался Том.

Феба готова была с необычайным хладнокровием сносить пренебрежение, выказываемое ей самой, но подобного оскорбления в адрес своего первого произведения она стерпеть не могла и потому с негодованием воскликнула:

– Скажи на милость, а почему это он не должен прочесть его? Роман же будет опубликован!

– Да, знаю, но вряд ли стоит предполагать, будто люди, подобные Солфорду, станут покупать его.

– А кто же тогда станет? – Феба разгорячилась и не желала униматься.

– Ну, не знаю! Девчонки, скорее всего, которым нравятся такие вещи.

– Он и тебе понравился! – напомнила девушка Тому.

– Да, но только потому, что его написала ты, – пояснил юноша. Заметив на лице Фебы огорчение и обиду, Том поспешил утешить ее: – Но ты же знаешь, что я не люблю читать, поэтому твой роман, наверное, очень хорош и будет недурно продаваться.

– На следующей неделе. Под предлогом того, что якобы хочет лично опробовать молодого гнедого жеребца. Кроме того, ему обещана охота, и теперь мама пытается решить, то ли пригласить всех наших друзей на званый ужин, дабы развлечь его, то ли предоставить папе просто позвать сэра Грегори Стендиша и старого мистера Гейла на партию виста.

– Боже милостивый! – с благоговейным ужасом проговорил Том.

Феба, хихикнув, удовлетворенно заметила:

– Что ж, это научит его, чтобы он не приезжал в Остерби в столь отвратительной и снисходительной манере! Более того, мама не одобряет всех этих новомодных обычаев, так что его светлости придется садиться за ужин в шесть часов, к чему он наверняка не привык.