Король Ярости (СИ)

– Что скажешь, если мы договоримся о том, что отныне я буду твоим единственным клиентом и заказчиком?

– Ну, хули, попробуй, – отвечаю, устраиваясь поудобнее в кресле. Прикидываю, умрет старик от инфаркта, если положу ноги на его винтажный столик.

Кауфман тоже ставит бокал и откидывается на спинку кресла. Руки он складывает в замок на животе:

– Назови свои условия, – говорит он.

Сажусь ровно, подаюсь вперед. Медленно беру бокал. Несколько секунд грею в ладони коньяк, не отрывая взгляда от лица Кауфмана.

Выдержка у старикана точно не меньше, чем у этого коньяка.

– Их будет три, – говорю, наконец. Прикладываюсь к коньяку.

Кауфман вальяжно кладет ногу на ногу и начинает ею раскачивать:

– Я весь внимание.

– Первое. Цену назначаю я. Не нравится – иди нахуй.

Старик в ответ лишь кивает головой.

– Второе, – продолжаю. – Ты продаешь мне часть акций твоей компании и вводишь в состав директоров.

Не отрываю от Кауфмана взгляда. Но по его непроницаемой маске не могу сказать, он уже охуел, или еще держится.

– Зачем тебе это? – спрашивает он.

– Ты же хотел быть ближе, Костя, – развожу я руками. – А мне нужно обелить свою репутацию. Надоело быть барыгой. Да и пассивный доход не помешает.

Губы Кауфмана еле заметно вздрагивают. Он берет коньяк со стола, делает глоток:

– Два процента и без должности в компании, – отвечает он.

– Иди нахуй. Я торговаться не собираюсь, – дерзко ухмыляюсь. – Десять процентов и должность Стратегического директора.

Наверное, старикан готов меня пристрелить. Что ж. Я его тоже. Но это было бы слишком легкой кончиной для него.

– Не понимаю, чего ты добиваешься, – спрашивает он. – Ты не менеджер. Ты бизнесмен.

– Как и ты, – отвечаю я. – Либо так. Либо расходимся, и все возвращается на круги своя.

– Мне нужно подумать, – отвечает Кауфман после небольшой паузы. – А что третье?

? Глава 24

Щелкает замок и открывается дверь. А я уже готова выбежать навстречу.

В проеме проявляется Фил. Вздыхаю с облегчением, улыбаюсь:

– Слава богу, это ты!

Но его лицо чернее тучи. Подходит, обнимает меня:

– Он что-то с тобой сделал, сестренка? – спрашивает почти шепотом.

Наверное, так переволновался за меня. Внутри разливается приятное тепло от мысли, что меня кто-то любит.

– Нет, не волнуйся, – успокоила его. – Просто попугал.

Взгляд Фила скользит по наручникам. Говорю, что ключей нет.