Комната убийств

— Значит, остается вероятность, что кто-то спрятался внизу, в архиве, среди выдвижных железных полок. Вы не спускались по ступенькам, чтобы проверить?

Тут в разговор вмешалась Кэролайн Дюпейн:

— Инспектор, у нас музей, а не отделение полиции! За последние двадцать лет у нас не случилось ни одного взлома, ни одной существенной кражи. С какой стати мисс Годбай проверять комнату с архивами? Даже если кто там и спрятался уже после закрытия музея, как бы он оттуда выбрался? Окна первого этажа на ночь запираются. Мисс Годбай и миссис Клаттон делали все как всегда.

Ее брат до сих пор молчал. Теперь он сказал:

— Мы тяжело переживаем это потрясение. Нет необходимости уточнять, что нам не меньше вашего хочется, чтобы эта загадка была разрешена, и мы намерены оказывать всевозможную помощь следствию. Однако нет оснований предполагать, что к смерти девушки имеет отношение кто-то из работников музея. Мисс Меллок и ее убийца могли прийти в музей в качестве обычных посетителей или с другой целью, известной лишь им. Мы знаем, как они могли попасть внутрь, где спрятаться.

— Конечно, он очень рисковал, — сказала миссис Стрикленд. — Вы или Кэролайн могли выйти из библиотеки в любой момент, так же как мог войти через входную дверь коммандер Дэлглиш.

Маркус Дюпейн выслушал комментарий со сдержанным нетерпением, с каким он мог отнестись к реплике со стороны подчиненного, сделанной во время заседания.

— Конечно, он рисковал. Ему ничего другого не оставалось, если он не хотел остаться запертым в музее на ночь. Ему лишь пришлось выглянуть из подвала и убедиться, что холл пуст, а входная дверь открыта. Я не предполагаю, что убийство произошло именно в подвале. Скорее это случилось в Комнате убийств. Но архивы — лучшее, если не единственное место, в котором преступник мог спокойно дождаться подходящего момента, чтобы сбежать.

— Однако дверь в библиотеку была также открыта, — сказал Дэлглиш. — Пройди кто через холл, вы с сестрой обязательно услышали бы.

— Из того, что кто-то прошел через холл, а мы ничего не услышали, еще нельзя сделать никакого вывода. Мы сидели, я помню, у камина, с бокалами в руках. Дверь была далеко, и мы не видели холл.