Когда боги смеются

Перспектива ехать к Медведевой не на метро, а в новеньком белом ""СААБе"", показалась ему соблазнительной. Неловко, конечно, так нахально эксплуатировать Инкину преданность, но ведь она сама предложила.

- Я тебя не обманываю, мне действительно нужно будет ехать по делу. И если ты меня отвезешь, моя признательность не будет иметь границ, - заявил он. - Но сначала ужин, иначе я не выживу.

- Ты хотя бы до кухни дойти можешь, или тебе сюда подать? - спросила она совершенно серьезно.

- Доползу, - героически пообещал Андрей.

Пока Инна готовила ужин, он наблюдал за ней, периодически набирая номер телефона Медведевой. Какая же Инка красивая! Коротко остриженные каштановые, отливающие медью волосы плотным шлемом облегали голову, зеленые глаза казались еще зеленее под темно-рыжими бровями и ресницами, и вся она такая пухленькая, аппетитная, кругленькая, как сдобная булочка. И эта ее синяя маечка ему особенно нравится, она так красиво оттеняет медный отлив волос и глубоко открывает грудь, от одного вида которой Андрей просто голову теряет.

- Алло! - неожиданно для него самого раздался голос в телефонной трубке. Андрей опомнился и сообразил, что дозвонился-таки до Светланы.

- Светлана, добрый вечер, это Андрей Чеботаев из уголовного розыска. Я был у вас в пятницу, помните?"

"- Помню. Что вам нужно? Уже двенадцатый час, я спать ложусь.

- Извините, но вас не было дома весь день, я все время звонил. Мне обязательно нужно с вами увидеться. Это займет всего несколько минут.

- А завтра нельзя?

Голос у Медведевой был усталый и раздраженный, и Андрей вдруг заколебался. Может быть, и в самом деле не стоит настаивать? Но он обещал явиться завтра утром на Петровку и доложить о результатах.

- Я вас очень прошу, Светлана, это всего на несколько минут. Вы ведь только что пришли, вам нужно принять душ, выкурить сигарету, - в его голосе появились лукавые нотки, - этого времени мне хватит, чтобы доехать до вас.

- Ну ладно, - вяло сказала она.

Андрей бросил трубку и вскочил.

- Инка, вперед! Еду в пакет и бегом в машину, пока эта юная стервочка не улеглась дрыхнуть.

Инна моментально сложила в пластиковую коробку две только что пожаренные отбивные и отнюдь не тонкий ломоть черного хлеба и ринулась к двери.