Пояс Ориона

 – Но чтобы на свет появилась Настя Морозова и сидела сейчас в ресторане, нужно, чтоб твои предки пережили Батыя, Мамая, ливонцев, поляков, пожары, недороды, эпидемии. Чтоб ты родилась, нужно, чтоб линия твоих предков нигде не прервалась, чтобы они не только выжили, но и оставили сильных, приспособленных, сообразительных детей, которые тоже выжили и тоже оставили детей.

– К примеру, – вставила Тонечка, – Елец, городок такой, горел дотла двадцать раз! Двадцать!.. И всякий раз заново отстраивался.

– Потом Иван Грозный, – продолжал Герман, – опричники, казни, войны, Смута, голод, холод, темнота, болезни.

– При чём тут моя жизнь, дядь Саш? – вспылила Настя.

– При том, что ты просто обязана знать, что здесь было до тебя, до того момента, как ты сюда пришла. Как воевали, как строили, как делали корабли, как плавили сталь, как романы писали! Это всё твоя жизнь. И конкретно твоей жизни не было бы, если б не было… всех этих людей до тебя.

Он глотнул чаю и добавил:

– Кстати, есть легенда или версия, как на Руси появилось обращение «дядя» и «тётя»! Считается, что его ввёл указом Дмитрий Донской после какого-то особенно страшного мора, когда перемёрло почти всё взрослое население, дети и подростки остались сиротами. И Дмитрий Иванович велел детям обращаться к чужим взрослым «дядя» и «тётя», чтоб хоть иллюзия создавалась, что у них есть родные! А ты говоришь – какая разница.

– Ну, я же просто так говорю, – пробормотала Настя.

– Настя, – сказала Тонечка, – нет никакого открытого мира. Есть интернет, он, конечно, создаёт иллюзию открытости, но это только иллюзия…

Настя дёрнула плечом:

– Ты не понимаешь ни-че-го! Ва-а-абще! Именно на наше поколение пришёлся глобальный разрыв с прошлым!.

– Не уверен, – пробормотал Даня.

Настя не обратила на него внимания.

– И вы никогда нас не поймёте, потому что мир изменился, а вы не хотите это принимать!

– В чём именно изменился мир?

– Как?! – поразилась Настя. – А информационные технологии?!

– Да бог с ними, – продолжал Герман.