Кипящая переправа

Вернемся из этой разведки – обязательно представлю тебя к офицерскому званию. Я уже и с командующим армией об этом договорился. Все, собираем группу. Все как обычно: боезапас на два дня, и паек тоже. В час ночи встречаемся в точке, где ты ее обозначил. Поползаем по болоту – самое любимое занятие для разведчика. Ты мне только одно еще скажи: откуда это все время мертвечиной несет? Прямо мочи нет, как воняет.

– С нашего плацдарма за Вазузой, – сообщил Воробьев. – Ведь там уже неделю идут бои на одном и том же месте. Мертвых убирать не успевают, да и невозможно: местность вся простреливается.

К часу ночи все небо заволокли тучи, пошел мелкий дождь. Не видно было ни зги – в двух шагах ничего нельзя было разглядеть. Фонари, естественно, не зажигали, поэтому дорогу к месту переправы Шубин искал, ориентируясь только на плеск близкой реки. И то, как оказалось, он шел неправильно: вдруг он услышал слева, в стороне от реки, протяжный мелодичный свист, похожий на свист иволги.

– Правильно я опасался, что вы слишком близко к реке возьмете, – прошептал ему на ухо Воробьев. – Еще бы тридцать метров так прошли и утонули бы в болоте. Тут строевым шагом идти нельзя, тут ползти нужно.

– Что ж, ползти так ползти, – отозвался Шубин.

Все туго приладили за спины вещмешки и оружие, чтобы они не мешали при передвижении по болоту, и группа, ведомая сержантом Воробьевым, поползла по болоту. Уже через пять минут Шубин был мокрый с головы до ног. Вода противно хлюпала в сапогах, заливалась за шею. Да еще непрерывно поливал дождь. Зато Воробьев оказался прав: за этим участком реки немцы не следили. Справа и слева то и дело в небо взлетали ракеты, а здесь стояла темнота.

Передвижение по болоту казалось бесконечным, но все когда-нибудь кончается.

Прошло еще примерно полчаса, и Шубин почувствовал, что земля под ним стала тверже. Вокруг росли уже не кусты, а крупные деревья. В этом месте сержант Воробьев прошептал на ухо капитану:

– Болото закончилось, товарищ капитан.