Хранимая (СИ)

Ведь понимаю, что поступаю неправильно, но упрямо двигаюсь на шум. Растения мешают идти, цепляют одежду, норовят запутаться в волосах. А сердце тревожно стучит в ушах.

Вдруг, словно подвели черту, оказываюсь на утоптанной поляне. В центре пять мужчин, которые, к слову, больше похожи на разбойников, чем встреченные ранее «робингуды», избивают худощавого паренька. Такой толпой на одного — не честно! Надеются, что в таком месте никто им не помешает? Зря они так думают.

— Эй, вы!

Не ожидавшие услышать женский голос бандюганы дружно обернулись, а я поняла, что это было лишним.

Двое ближайших ко мне детины с характерными рожами и кривой усмешкой на губах двинули в мою сторону. Упс.

— Эль, пожалуйста, помоги, — едва слышно пробормотала я, наконец испугавшись.

Мой шепот услышал тот, кому он предназначался. Это оказалось очень приятно, что, не смотря ни на какие обиды и размолвки, меня не оставили одну. Неужели у меня действительно появилась семья?"

"Эль, не теряя времени, замельтешил по поляне, и меньше чем через минуту проблема была решена.

Мимолетом оглянувшись, братец мне задорно подмигнул, и свалил в кучку в центре поляны несчастных бандитов. Если они будут так удивляться и выпучивать глаза на каждое действие Хранителя, нервов у них надолго не хватит. Ну, подумаешь, двигается с нечеловеческой скоростью, меня вот это не испугало. Да, глаза светятся и волосы шевелятся вопреки ветру; да, сгреб в каждую руку по два мужика и с видимой легкостью поднял их над землей. Ой, один из нападавших, кажется, в обмороке. М-да, не смотрели они по телику ужасы на ночь глядя, и не жили в общаге в компании студентов.

Я всё так же стояла на краю истоптанных колосьев, а Эль уже связал всех, кого следовало. Потом как-то по-особому провел над бандитами рукой, и они дружно закатили глаза.

— Спят, — пояснил сердобольной мне Хранитель.

Потом проверил побитого («живой, без сознания,» — прозвучал вердикт) и, взяв меня за руку, повел прочь.

— Мы не можем его так оставить! — уперлась я.

— Очень скоро здесь будут его сородичи, такие, как он, никогда не ходят по одному. Они заберут твоего побитого домой и быстро поставят на ноги. Но всех, кто окажется рядом с раненым, посчитают виноватыми. Знаешь принцип: сначала бей, потом разбирайся? Здесь это почти правило. У меня нет времени на уговоры, и нет желания усыплять еще и его родню.