Законник Российской Империи. Том 2

"Законник Российской Империи. Том 2

Глава 1

'И жизнь, как посмотришь с холодным вниманьем вокруг, —

Такая пустая и глупая шутка…'

Последние строки стихотворения, произнесенные мной, повисли в воздухе, словно тяжелые капли дождя перед грозой. Закончив, я медленно обвел взглядом зал. Тишина, наступившая после последних строк, была настолько плотной, что, казалось, ее можно было потрогать руками. Сотни глаз были прикованы ко мне, и в них читалось удивление, восхищение и даже легкий шок.

Я стоял на столе, чувствуя, как мое сердце бьется в привычном, спокойном ритме. Никакого волнения, никакого страха — лишь уверенность и легкая усмешка, играющая на губах. Аристократы застыли, словно античные статуи, не в силах пошевелиться или произнести хоть слово. Даже Игнатий Петрович, наш уважаемый судья, казалось, забыл, как дышать.

Не перестарался ли я?

Прошла минута, затем другая. Я не торопился спускаться со стола, наслаждаясь произведенным эффектом.

— Господин Темников, позвольте… позвольте взглянуть на ваш лист со стихотворением.

Я протянул ему бумагу. Мужчина принял его так бережно, словно это была величайшая драгоценность в мире.

— Кажется, сегодня… — произнес он, и его голос слегка дрогнул, — мы стали свидетелями рождения нового литературного гения.

Эти слова словно разрушили чары, сковавшие зал. Аристократы, как по команде, взорвались аплодисментами. Звук был оглушительным, он отражался от стен и потолка, создавая впечатление, что хлопает весь мир. Я видел, как дамы прикладывают к глазам кружевные платочки, как молодые люди восторженно кричат и свистят. Это было похоже на шторм, бушующий в океане эмоций.

Спустившись со стола, я оказался в центре внимания. Аристократы окружили меня плотным кольцом, каждый стремился прикоснуться, пожать руку, высказать свое восхищение.

— Господин Темников, это было… божественно! — воскликнула молодая дама в изумрудном платье.

— Вы перевернули мое представление о поэзии! — вторил ей господин с моноклем.

— Как можно получить копию вашего стихотворения? — спрашивали десятки голосов.