Хранимая (СИ)

Не подставляйте больше наш отдел!

Тяжелые сумки с продуктами оттягивают руки. Премии лишили — так хоть вкусненьким себя порадую! И Малышу будет угощение. Ой, а что это за странные звуки? И чем выше, тем больше растет подозрение, что это с моего этажа. Да у меня дверь открыта! Бросив сумки прямо на плиты подъезда, подлетаю к квартире и вижу чудную картину: в углу сидит, тихо матерясь, мой бывший, а Малыш его караулит и не дает встать. Увидев в моем лице надежду на спасение, Боря вскочил на ноги и тут же раздался предупреждающий грозный рык.

— Маня!!! Ты с ума сошла! Какого черта ты натравила на меня свою грёбаную зверюгу!!! Убери его сейчас же!

— Не могу, — совершено спокойно ответила я. Хотелось смеяться — так жалко выглядел бывший ухажер. И что я в нем нашла тогда? Еще и страдала, когда бросил!

— Ты… и… зверь твой..!

Закончив возмущенную речь, Боря отдышался и почти спокойно поинтересовался:

— Почему не можешь?

— Ну как же, он вечером еще не кушал, а пёсик маленький, расти и расти.

Сообразив, что я над ним издеваюсь, Боря выдал гневную тираду, дернулся в мою сторону, но оскал Малыша убедил мужчину, что лучше пока посидеть в уголке. Безопаснее.

— Что ты здесь делаешь, объяснишь?

— Я пришел за своими вещами!

— Извини, но здесь ничего твоего не осталось.

— Да ты… такая… дрянь! Я на тебя тратился, шубу купил, а ты мне что? Мой плед псине отдала? А где моя кружка?

До чего же мелочный!

— Извини, конечно, но шубу я никакую не видела.

Боря покосился на собаку и промолчал.

— А что кружка… Ну нельзя же быть таким мелочным, Борь. Мне она самой нравится, я тебе её не отдам. Это всё, что ты хотел?

Вообще-то кружка нравится не мне, а моему ночному гостю. И мне не хочется, чтобы единственное, что напоминает мне о нем днем, оказалось в руках этого… урода.

— Нет. Маня, давай ты ко мне вернешься, а?

Что? Нет, не так: ЧТО-ЧТО?! Я рассмеялась в лицо нежданного гостя, и тот, покраснев, вылетел за дверь, а Малыш проводил его заливистым лаем. Продолжая смеяться, сквозь слезы, я сползла на пол по стеночке, и, наконец, поняла одну вещь: мне здесь не место. Приходил Боря не за пледом, а за бабушкиными украшениями. Когда он меня бросил, я не досчиталась одной брошки. Расстроилась, решила, что сама потеряла.