Хозяин моего сердца

— Вставай, отребье! Или, клянусь всеми богами, ты пожалеешь!!! — взревел ликериец, приближаясь к своей рабыне, но почти сразу тон его волшебным образом изменился, и он произнес: — Да простит меня, господин саорг!

Что? Саорг? Представитель расы, которой пугают детей? Виновник уничтожения ее родной планеты? Диана глухо застонала и, тяжело опираясь на руки, медленно поднялась. Не обращая внимания на согнувшегося в низком поклоне хозяина, девушка расправила плечи, вздернула подбородок и со всей решимостью посмотрела на источник всех своих бед.

Саорг в ответ ухмыльнулся и его светло-карие глаза полыхнули огнем. От неожиданности Диана вздрогнула, но взгляда не отвела, просто не смогла этого сделать. Она как зачарованная все смотрела и смотрела на огромного мужчину стоящего перед ней. Он не имел ничего общего с той страшной картинкой, которую ликерийцы развешивали на стенах домов заборах и столбах ее мира для устрашения населения. Саорг, стоящий сейчас перед ней, пугал разве что размерами.

Чем дольше смотрела на него девушка, тем больше, к своему ужасу, ему симпатизировала. Разве может враг располагать к себе? Из-за таких, как он или торговец Самшит, из-за миллионов жадных до власти, денег и ресурсов ликерийцев страдают сотни миллиардов ни в чем не повинных людей, чей грех состоит лишь в том, что им не посчастливилось родиться в тех мирах, на которые нацелились захватчики.

И все же… Все же незнакомец был хорош! И смотрел он на Диану как-то по-доброму, да и она не могла оторвать от него глаз. Широкие плечи, мощная грудь, видневшаяся в глубоком вырезе туники, крупные руки, мускулистые бедра… Девушка задышала чуть чаще. А волосы саорга, такие густые, спускающиеся ниже плеч, теплого, темно-медового оттенка, в них хотелось зарыться пальцами и проверить, настолько ли они мягкие, какими кажутся?

Идиллию нарушил торговец, по-прежнему склоненный до земли перед саоргом.

— Поклонись, дура!

Диана пошатнулась и обязательно упала бы, не подхвати ее незнакомец. Придерживая девушку за талию, он протянул руку и… Диана, так привыкшая к упрекам и побоям за последнюю неделю, проведенную в доме ликерийца, зажмурилась, ожидая удара. Она ждала и ждала, но мужчина лишь нежно коснулся ее щеки и бережно убрал с лица непослушную прядь волос.