Опальная жена. Пекарня на краю севера

По тёмному коридору разлился мягкий золотистый свет, будто кто-то зажёг свечи в дальних комнатах. Рука инстинктивно метнулась к лежавшему на столе ножу, но разум быстро одёрнул: в этом заброшенном доме посторонних быть не могло.

Осторожно положив нож обратно, я двинулась на свет. Каждый шаг был неторопливым, но уверенным. Любопытство гнало вперёд, заглушая голос осторожности.

В полумраке гостиной проступили очертания массивного камина, зиявшего пустотой, словно голодный рот. С момента моего появления здесь ничего не изменилось – та же пыль, те же потускневшие от времени стены.

Свет лился сверху, с лестничной площадки второго этажа. Подойдя к лестнице, я провела ладонью по перилам. Холодные, шершавые. Ступив на первую ступеньку замерла, уловив в воздухе едва заметный аромат. Запах старых книг…

Лестница вывела меня на просторную площадку, окружённую тремя дверьми. На стенах были развешаны необычные светильники: вместо привычных свечей в них сияли полупрозрачные камни, излучавшие то самое мягкое золотистое сияние.

Одна из дверей была прикрыта… Затаив дыхание, я сделала шаг и толкнула дверь.

Передо мной открылась спальня – просторная, с высоким потолком и роскошной кроватью под тяжёлым бархатным балдахином. К моему изумлению, помещение оказалось нетронутым: изящный прикроватный столик, высокий шкаф, резной комод из тёмного дерева и ростовое зеркало в позолоченной раме, которое стоило, вероятно, больше, чем пекарня Терес.

Похоже, воры, обчистившие нижний этаж, не осмелились подняться выше.

– Ты испугался, что я брошу тебя? – с невольной улыбкой спросила у дома.

В ответ старые балки перекрытий тихо скрипнули, а светильники на стенах на мгновение мигнули.

– Я никуда не уйду, – тихонечко выдохнула. – Ты впустил меня, и я остаюсь…

На мои слова светильники на стенах вспыхнули ярче.

Я медленно прошлась по комнате. Конечно, здесь всё было покрыто толстым слоем пыли – на поверхностях остались чёткие следы от моих прикосновений.

В смежном помещении обнаружилась просторная ванная комната, в центре которой стояла массивная медная ванна на изогнутых ножках в виде львиных лап.

Боги… Как же нестерпимо захотелось погрузиться в горячую воду, позволить ей смыть накопившуюся усталость и тревоги последних дней. Предвкушение блаженства уже разливалось по телу, но тут взгляд заскользил по стенам в поисках источника воды.