Хорошая девочка

Андрей сидит на другой стороне стола, постукивая пальцами о ноутбук, в который пялится пустым взглядом. Судя по тому, как натужно тот гудит, Аполлонов даже сейчас рендерит какой-то визуал.

– Стойте! – с ходу горланю я так, что все разом оборачиваются ко мне. Андрей тоже отрывает глаза от монитора. – Я… вам кофе, наверное, нужно принести? Или пончики? Тут напротив таку-ую пекарню открыли!

Я чувствую себя полной идиоткой. Уверена, присутствующие думают точно так же. Игорь Сергеевич так вообще не скрывает смеха: складывает руки на груди и смотрит на меня будто на самого настоящего клоуна.

– Какие интересные у вас практикантки, Андрей Григорьевич, – с издевкой говорит его дядя.

– Настолько интересные, что вы забираете их к себе в отдел?

А вот когда я слышу голос Андрея и оборачиваюсь к нему, сердце у меня сжимается. Никакого безразличия на его лице больше нет. Он сосредоточен и взглядом мог бы убить кого-нибудь."

"– Может, мы закончим то, зачем здесь собрались? – влезает в разговор крупный лысый акционер.

– Но он не может! – выкрикнув это, снова шагаю вперед и кусаю губы.

– И почему это я не могу, Аннабель Леонидовна? – откровенно давится смехом тот.

Я делаю глубокий вдох и понимаю, что других идей, как затянуть голосование, у меня нет.

– Потому что вы обманщик, – скороговоркой выдаю я, а Игорь Сергеевич зло щурит на меня глаза.

– Продолжайте. Очень интересно послушать.

У меня колени трясутся. Я судорожно перевожу взгляд с него на Андрея, у которого лицо не просто краснеет, а становится почти багровым.

– Вы подделали разрешения геодезистов, мошенничаете с деньгами и закупками, обманываете акционеров и портите имидж бюро. – Мой голос больше похож на писк, и я рада, что хотя бы договорила до конца.

Тишина, повисшая после моей короткой, но пламенной речи, почти звенит. Кто-то присвистывает, нарушая ее. Андрей поднимается из-за стола, а я вытягиваюсь от страха струной.

Голицын, где же ты?!

– Аннабель, выйдите за дверь, – говорит Андрей спокойным голосом, хотя я вижу, что его глаза горят гневом.

– Но…

– Аня! – Он повышает голос, и я готова расплакаться, но подпрыгиваю, когда чувствую вибрацию телефона в кармане.