Хочу тебя себе

Лены в принципе не должно было быть в компании подобных типов."

"— Попов в любом случае рано или поздно взял бы её силой и травмировал так, что мои поползновения показались бы вам детским лепетом, — шиплю, себе под нос, как газ из конфорки, и плевать, слышит он меня или нет. — Раз уж ты такой хороший брат, должен был запретить ей лезть к Попову изначально. И неважно ради сестры или спасения человечества. Просто взять её за холку и запереть дома! Но ты орёшь только сейчас и не на того, кто ей реально угрожает.

Пытаюсь встать. Иван продолжает орать, но его слова меня уже не тревожат. Он молодой, нерасторопный и тупой, и от беспомощности пытается перевалить всю вину на меня.

А с меня хватит! Я держался тут неизвестно как и неизвестно чем, не терял сознания, но теперь видно, что и моим силам наступает предел.

То ли боль от раны оказывается слишком резкой, то ли орущий на меня Иван достает настолько, что просто сил терпеть всё это не остаётся, но, когда Ленка падает возле меня на колени, стараясь как можно быстрее остановить кровь, я вырываю белый ящик с крестом из её рук и, перекатившись на бок, поднимаюсь и иду к дому.

— Я сам, — отвечаю ей равнодушно и совершенно бесцветно, на пороге скидываю боты.

Задолбали. Вот просто реально достали оба, не хочу их видеть. Видимо, это шок. Потому что так резко всё допекло, аж самому страшно. И даже секса уже не хочу. Шум этот, гам. Бесконечный стресс. Одна святую из себя строит, при том что с вонючим козлом сосалась и хрен знает ещё чем занималась, другому папка явно денег дал за то, чтобы невинность сестры охранял, изображая ханжу.

Не могу. Опостылели оба.

— Чуть отойду… — Пытаюсь развязать пропитавшийся кровью бинт. — И в лес пойду, до трассы доберусь. Вы позже тоже уходите, оставаться вместе смысла нет. Я вам неприятен, вы мне тоже.

Ленка на этой фразе замирает. И, кажется, не дышит, насупившись.

А мне вся эта ситуация поперёк горла уже.