Каждый за себя

И как быть в подобной ситуации, если у меня собака и один телохранитель?

— Что значит «нет»? — миссис Ховерс тотчас утратила интерес к мелко дрожащему Гектору, пихнула корзинку с ним в руки Эндрю и даже забыла про сигарету. — Что значит «нет»?!

Дочь развела руками:

— Агент Ленгли отправил его в рейд. Я была против, но ситуация сложилась таким образом… Да и к тому же Винс ну просто обнаглел. Пусть пробегается.

Мать взмахом руки отослала секретаря, а когда дверь за ним закрылась, сказала голосом, в котором слышалась даже не гроза, а пулемётные очереди и грохот танков:

— Эледа.

— Мамочка, я просто не стала обострять ситуацию и доводить дело до того, чтобы агент Ленгли воспользовался служебными полномочиями. К тому же Винсент делает за периметром общее дело.

Мать раздраженно затушила в огромной мраморной пепельнице сигарету, истлевшую в ее пальцах почти до фильтра, и сказала:

— Если этот интроверт, пребывающий в состоянии постоянной монотонии, еще хоть что-то выкинет, то носить собачек он будет до смерти, поскольку я сделаю всё, чтобы ему не доверяли людей… — после этого миссис Ховерс взяла в руки портсигар и спокойно заключила: — Ладно, надеюсь, ты понимаешь, что делаешь. Итак, резюмируем.

С этими словами мать отключилась. Эледа не успела даже попрощаться.

* * *Утро. Раннее. За окнами еще сумерки. Женщина дремлет, довольная и сомлевшая — волосы в беспорядке разметались по подушке. Красивые волосы — длинные, Винс их пропускал сквозь пальцы, они гладкие, словно атлас. И Су Мин красиво запрокидывала голову. Ей нравилось по-разному: не только жёстко и грубо, но и ласково, нежно.

Теперь вот блаженствует. Ему же пора в душ. Скоро рассвет, нужно выдвигаться. Как тут ни хорошо, а из койки пора вылезать. Да и надоело лежать. Кореянка свое дело знала — оттянулся Винсент на славу, не гляди, что спал урывками.