Камень. Книга одиннадцатая

Попытка максимально настроиться на понтифика привела к пониманию, что я могу лишь на время замедлить экспансию «черноты» по доспеху Сфорца, но вот кардинально вылечить нужного мне церковника не в состоянии. Если только…

Нет! Правило является очень плохой идеей! И дело даже не в том, что понтифик, при древности и природной силе его-то рода, в бессознательном состоянии разнесет не только свои покои, высотное здание, в котором эти покои находятся, и дома рядом, похоронив кучу ни в чем не повинных людей.

Твою же бога душу мать!!! Вот что мне помешало узнать у папы имена хотя бы самых главных колдунов Ватикана прямо во время позавчерашнего допроса? Сейчас бы уже сидел и ознакамливался с предоставленными нашими спецслужбами досье этих мутных деятелей! Сука! Ваня оказался прав – записей в моем личном деле пока явно недостаточно! Но в свое оправдание можно отметить, что все из себя такие опытные в подобных делах родичи тоже лопухнулись – могли же подсказать, направить, так сказать, на путь истинный начинающего дознавателя Алексея Александровича Романова! Пока же имеем, что имеем, и другого выхода, кроме посещения Рима и банальной «ловли на живца», этот самый дознаватель-недоучка пока не видел…

Отчет родичам не занял много времени, а мое предположение, что Сфорцу, скорее всего, отравили, не вызвало у них практически никакой реакции, кроме тяжелых вздохов.

– Думать забудь! – размахивая руками, орал на меня царственный дед. – Только через мой труп! Сгинуть за просто так вздумал! Не бывать такому! Не позволю!!!

– Чего удумал, подлец! – шипела царственная бабка.

– На родину его надо отправлять! – не отставал дед Владимир.

Дед Михаил же был, напротив, ласков до приторности:

– Внучок, тебе меня что, совсем не жалко? Я тебя не для того ростил, чтобы ты так бездарно сдох на чужбине!

Один только отец молчал и оценивающе меня разглядывал, а когда наконец старшие родичи «выдохлись», спокойно заявил:

– А Лешкина идея-то не так уж и плоха… Особенно если с сыном в Рим поедут все присутствующие в Монако колдуны, в том числе оба индийца и японец.