Калейдоскоп

Я должна рассказать ему. Разве может быть иначе?

— Зачем? Только зря расстраивать.

Маргарет постаралась произнести это спокойно, но происходящее неумолимо оборачивалось кошмаром.

— Ты же знаешь, какое значение он придает тому факту, что я — дочь графа де Борн. Он так серьезно относится к своему генеалогическому древу. Чего ему стоило смириться с тем, что ты — американка, правда, из очень хорошей семьи! А теперь вдруг узнает, что мой отец был актером и убил мою мать, чье происхождение неизвестно. Я — дочь убийцы и самоубийцы, а две мои сестры пропали без вести.

— Не глупи, Алекс. Сейчас не темное средневековье. Он не сделает ничего подобного. И тем не менее я считаю, что не следует ему говорить.

— Ты не знаешь моего мужа. Не так уж я и преувеличиваю. Особенно если учесть его политические амбиции. Господи, мама, его хватит удар! И потом… если даже я ничего не скажу, он может узнать из другого источника…

Александра нервно заходила по комнате.

— Послушайся моего совета. Скрой это от него.

— Но если он узнает от других? Это грозит еще большим скандалом. Раньше я хоть сама не знала, но теперь, когда мне все известно… Как можно утаить от Анри? Это мошенничество!

— Ох, не будь святее папы римского! — Маргарет отхлебнула «бурбона». — Нельзя всю жизнь быть идеальной женой.

Да, мама права. Слишком многое поставлено на карту. Можно все потерять. Мужа, семью, детей…

— А если я решу увидеться с сестрами? Как я это объясню? Тайком сбегу в Америку? Нельзя же сказать, что я просто иду куда-нибудь поужинать — и исчезнуть на целых пять дней.

Маргарет не могла скрыть разочарования и тревоги.

— Ты уверена, что хочешь этого?

— Нет, не уверена. Но вдруг… Что я тогда скажу мужу?

Маргарет могла бы ответить: незачем видеться, вот и не придется ничего говорить, — но она знала, что не имеет права на подобные советы. У нее были свои причины не желать этой поездки: может быть, это глупо, но она боялась потерять дочь, боялась соперничества со стороны покойной матери и двух сестер. Говорят же: кровь — не водица. Пускай бы Александра отвергла эти посягательства.