Изгой

Порыв был настолько неосознанным, что он не сразу понял как пришел на зов. Уже через мгновение он сжимал плачущую малышку в объятиях. Мстислав не помнил: ни как вошел в комнату, ни как взял ребенка на руки. Только сжав хрупкое тельце ладонями, почувствовал ее дикий страх и отчаянье.

— Тихо…тихо. Это просто страшный сон. Плохой сон.

Девочка вздрагивала и молчала. Он посмотрел на нее перекладывая поудобнее, так чтобы головка легла ему на грудь. Малышка всхлипывала во сне.

Как же сильно она сейчас походила на Анну.

Настолько сильно, что Изгою казалось — он сходит с ума от избытка нежности и любви. Сердце билось гулко, быстрее, чем обычно. Девочка обняла его за шею и ….это невероятно она прошептала:

— Спой мне…пожалуйста."

"Изгой поднес ее к окну и тихо покачивая, запел, как когда то. Звук собственного голоса сначала заставил вздрогнуть, а потом слова вспомнились сами собой. Мстислав закрыл глаза. В этот самый миг в его душе воцарился покой. Такого умиротворения он не чувствовал никогда с тех пор как взял в руки клинок Палача.

Посмотрел на малышку. Как сладко она спит, уткнувшись лицом ему в грудь. Дверь спальни тихо отворилась. Изгой обернулся, но петь не перестал. Он лишь смотрел в сиреневые глаза Марианны Мокану и тихо качал ребенка. Молодая женщина прислонилась к двери. Застыла на мгновение, не веря своим глазам, потом тихо подошла, чтобы забрать ребенка. Изгой покорно передал малышку матери, но та вздрогнула, всхлипнула, личико скривилось в жалобной гримасе. Вот–вот заплачет. Марианна протянула девочку Изгою, и тот снова принялся качать. Он смотрел на княгиню Мокану, и им овладевало странное чувство. Чувство, что он ее знает. Давно. И ее, и эту малышку таким дьвольским образом похожую на Анну. Марианна казалось была поражена, в ее взгляде читалось искреннее изумление. Она смотрела то на дочь, то на Изгоя. Потом тихо вышла, оставив их одних.

Мстислав укачал Камиллу и уже собирался вернуться к себе, как заметил молодую мать, стоящую за дверью.

— Это невероятно, — прошептала она, — Камилла — трудный ребенок. Даже я не справляюсь с ней. Только Ник, он еще как то действует на этого бесенка, но больше никто, а вы… Она заснула у вас на руках. После таких пробуждений мы не можем успокоить ее часами.

Изгой стал рядом с Марианной.

— Почему она спит? Так ведь не должно быть верно?

Княгиня кивнула:

— Не должно. Но Камила рожденный вампир. Она особенная. Такие дети спят до определенного возраста.