Код возвращения

Ожидавший во дворе Бараев застегнул теплую куртку под горло, но она заметно топорщилась, и можно было не сомневаться, что под ней скрыт целый арсенал. Интуиция подсказывала Карданову, что этот тип, возможно, самый опасный из всей компании. После, разумеется, Гепарда. Неподалеку околачивались еще три незнакомых человека решительного вида. Ясно было, что затевается какая-то серьезная акция.

— Ты на войну собрался, Вахит? — спросил Карданов.

— Почти. — Лицо Бекмурзаева было каменным. Макс подошел к столу, на котором оставались остатки трапезы, сделал себе бутерброд с колбасой, жадно откусил.

— Жрать хочу, — пояснил он, обращаясь почему-то к Рохланову, который внимательно следил за каждым его движением. Он действительно проголодался. К тому же если человек ест, значит, он не волнуется, а следовательно, совесть его чиста.

С улицы зашел Бараев, попыхивая сигаретой, распространявшей пряный, слегка дурманящий запах. Гашиш? Он стал у двери и уставился на Макса ненавидящим взглядом. Он подозрительно относился ко всем чужакам.

— Сейчас мы отправимся за взрывателем, — обыденным тоном сообщил Гепард. — И ты пойдешь с нами.

Макс откусил бутерброд еще раз, и уже с большим аппетитом. Поверил! Вахит поверил ему, и сейчас это главное.

— Можно я поем? — вместо ответа спросил Карданов.

— Ешь, не жалко."

"Макс сел к столу, взял чистую тарелку и наполнил ее крупным отборным рисом, взял кусок курицы, две дольки соленого огурца, грибов. Отломил еще хлеба. К нему молча присоединился Рохланов.

— Сколько можно есть, Заурбек? — раздраженно спросил Бараев.

— Пока не наемся, — невозмутимо ответил тот.

— Я работал на заводе рядом с Институтом ядерной физики, — сообщил Макс. — Через забор перелезть — и вот он! Но тогда территория хорошо охранялась.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросил Гепард. Его ближайшие помощники тоже заинтересовались, Рохланов даже жевать перестал.

Огурчик аппетитно хрустнул на зубах Карданова.

— Я могу провести тебя туда. В обход охраны. Без стрельбы и лишнего шума.

— Интересно, — Гепард тоже подошел к столу и сел напротив Карданова. — Как ты все это помнишь, если у тебя проблемы с башкой?

— Не знаю. Оно само собой получается. Что-то помню, а что-то забываю.