Истинный выбор

По выражению его лица сразу стало ясно — дело дрянь.

— Лорд Стилл. — Губы уголки губ мужчины опустились вниз. — Роды тяжёлые. И, судя по их течению, исход может быть любой. — Я ощутил, как кровь отхлынула от лица. — Вам нужно выбрать, кого спасать в критической ситуации: мать или дитя. Пока ещё есть время подумать и решить.

— Что? — Нахмурился ещё больше. — Почему я должен выбирать? Вы здесь для чего вообще? Я выбираю обоих! — Страх и злость на себя и своё бессилие раздирали грудь. Я нервно ослабил ворот рубашки.

— И всё-таки, Лорд Стилл, — целитель продолжал сверлить меня взглядом. — Не думайте над ответом слишком долго.

С этими словами мужчина вернулся в спальню, а я устало опустился в кресло, ссутулился, опершись локтями о колени, и зарылся пальцами рук в волосы. Кого спасать? Конечно, любимую, мою Ангелину! Вот только, имею ли я моральное право делать этот выбор? Если она узнает, никогда не простит!

Из спальни донёсся сдавленный женский крик. Чёрт, чёрт, чёрт! Сидел, зажимая уши, чтобы не слышать её криков и едва сдерживая слёзы.

Внезапно дверь в покои открылась, и внутрь вошёл мужчина в дорожной одежде с небольшим чемоданчиком в руке. Его лицо показалось мне смутно знакомым. Следом, запыхавшись, вбежал дворецкий.

— Простите, лорд Стилл, я не смог помешать этому господину!

Я сделал жест рукой, прерывая его, и перевёл взгляд на вошедшего.

Посетитель кивнул и сказал:

— Прошу прощения за вторжение, лорд Стилл, я прямиком из Сортаната. Боялся не успеть.

— Целитель Каритас? — Я, наконец, вспомнил, кто передо мной.

— Она так и не рассказала ему, да? — Каритас поправил очки на переносице и не сводил с меня внимательного взгляда. Я сразу понял, о ком речь, поморщился и ответил.

— Нет, мы не посчитали нужным сделать это.

— Признаться, я до последнего надеялся на лучший исход. Но что теперь говорить об этом. Напрасно вас обнадёживать я не стану. В вашей ситуации у ребёнка почти все шансы выжить.

Открывшаяся картина выглядела жутко. Ангелину было не узнать. Бледная, мокрая и измученная, с тёмными кругами под глазами, она лежала на боку, часто дышала и беззвучно плакала. Искусанные губы выглядели бордовыми от запёкшейся крови. На костяшках пальцев не было живого места.