Истинная для Ледяного Дракона. Княгиня Южного предела

У меня чёткое осознание: если я уступлю, в Айсгарде появится Огненная драконица, дикая, необузданная. Но настоящей меня уже больше никогда не будет. От человеческой части Рии ничего не останется. Даже если догонят и укротят, это буду не я. Огненная зверюга станет главной в нашем союзе.

— Держи, не отпускай, — голос Вальгарда звучит гулко, его горячая ладонь ложится между моими лопатками.

Он начинает что-то говорить речитативом на незнакомом языке, как тогда при первом обороте Айварса, но я передёргиваю плечами:

— Уберите, я должна сама.

«Когда есть сила приказывать, повиновение следует»[13].

Что-то в моём голосе заставляет Вальгарда убрать руку и замолчать.

Я смотрю в глаза своего отражения, в них вертикальный зрачок, а вместо белка сполохи пламени. И ещё в них тонна знакомого упрямства, с которым я с детства училась сражаться. Не победишь себя — ничего не добьёшься.

«Свобода — это возможность выбора, — направляю я чётко сформулированную мысль. — Если я послушаюсь тебя, то у нас останется только полёт и больше ничего.

«Разве это плохо подчиниться своему сильному истинному?» — мурлычет драконица.

«Хорошо, — улыбаюсь я. — Но не ты ли говорила о свободе? Кем ты хочешь стать? Рабыней или парой?»

Возмущённое фырканье: «А чего ты хочешь? Власти надо мной? Ты столько лет была главной».

«Я не знала о тебе. И я очень рада, что ты появилась в моей жизни, — искренне говорю я.

«Вместе? А летать?»

«И летать, но чуть позже».

Тяжёлый вздох:

«А что сейчас?»

«Давай изгоним Хаос из наших друзей. Это очень сложно. Мы ещё не умеем управлять нашим огнём».

«Вот ещё, — обиженно заявляет отражение. — Бери и управляй, что тут сложного. Позовёшь, когда летать надо будет».

Отражение исчезает, а огненная сила, переполняющая меня, остаётся.

Поворачиваюсь к Вальгарду:

— Говорите, что делать.

Глава 30. Исцеляющий огонь. Айварс

Моя девочка впервые сама потянулась ко мне.

Проклятый Вальгард! Как же ты не вовремя. Я буду приходить к тебе по ночам каждый раз, когда обзаведёшься новой наложницей, и стучать ногами в дверь.

Кажется, я впервые злюсь больше моего дракона. До сих пор мурашки на загривке от нежных пальчиков Адрианы. А в паху боль. Аррр!

Только увидев застывший взгляд брата, остываю.