Исповедь на краю

Но тут к его носу прижали платок с резким запахом, отчего в груди стало так же прохладно, как голове.

– Чем так воняет? – Гера пытался оттолкнуть руку Раисы. – Ты что, травишь меня?

– Дурачок, – рассмеялась она. – Сейчас у тебя мозги на место встанут. Это нашатырь.

И в самом деле, окружающие его предметы встали на место, глаза обрели способность ясно видеть, а желудок дал сигнал, что готов принять что-нибудь съедобное.

– Есть хочешь? – отреагировала Раиса, словно она экстрасенс.

– Кажется, да. Честно, хочу.

– Ну, вылезай, вытирайся, кутайся в халат, я принесу поесть.

Во время сытного ужина – жареная утка с яблоками и айвой – Раиса с удовольствием перемывала косточки знаменитостям, бывшим на приеме.

– Я видела, тебе Станислав Грин понравился?

– Угу. Очень эффектный.

– Голубой.

– Да ты что?! Не верю.

– А ты жену его видел?

– Нет.

– Потому что они рядом никогда не появляются. На одной презентации в разных местах сидят. Она вся в коже, как комиссарша, и все дела решает.

– В смысле?

– Да не живут они. Правда, сын у него есть от первого брака. Слышала я, мальчишка совсем плох, помереть может. Пересадка почки нужна.

– Ой! Разве с детьми такое бывает?

– С ними и не такое бывает.

– Ну и что: спасут его?

– Есть у меня один человек. Донора ему подбирает.

– То есть как? Живого ребенка?

– Да нет… Что ты переполошился, как маленький. Ты и есть еще маленький. Просто богатым людям быстрее, чем другим, открывается информация.

– Может, и папе можно было… Другое сердце пересадить. Если бы он был богатым.

– Ну вот, опять я тебя расстроила. Что случилось, то случилось. Этого мы изменить не можем. Но с тобой – понимаешь, я хочу, чтобы с тобой все было иначе. Чтобы ты был сильнее самой жизни.

– А почему ты этого хочешь?

– Ты таким мне кажешься золотым парнем, что ничего для тебя не жалко."

"Когда Раиса понесла на кухню грязную посуду, Гера сладко вытянулся на диване, уткнулся носом в гору разноцветных подушек и засопел.