Искусство притворства

Мне пришлось отказаться от многих контрактов, потому что я не смог найти высококвалифицированных искусных мастеров, — вот почему я делаю это. — Голос Илиоса был резким, будто ее похвала разозлила его.

Потому что он не нуждался в похвале? Так же как не нуждался в ней? Она не должна горевать о том, чего у нее нет. Зато можно радоваться тому немногому и кратковременному, что у нее сейчас было. И она не допустит, чтобы радость ее была чем-то омрачена.

— Сегодня такой прекрасный день! Спасибо, что ты привез меня сюда и показал мне виллу, — сказала она ему, когда они направлялись к машине, чтобы отправиться обратно в Фессалоники.

«Для меня это тоже был прекрасный день», — признался себе Илиос. И день этот был бы еще прекраснее, если бы ему не приходилось бороться с чувствами, которые он испытывал к Лиззи.

На обратном пути они остановились в той же таверне, где завтракали. Маленькая деревушка была расположена на берегу моря, но дворик таверны был защищен от ветра зеленой стеной из вьющегося винограда, поэтому здесь было уютно и тепло.

Они съели сочные черные оливки и превосходно поджаренные кебабы и уже допивали кофе, когда услышали приглушенный мощный гул. Земля под их ногами затряслась. Их столик наклонился, выплеснув на Лиззи остатки кофе, и Илиос мгновенно вскочил. Он бросился к Лиззи, заставил ее лечь на землю, прикрыв ее своим телом:

— Это землетрясение.

— Землетрясение? — эхом отозвалась она.

— В этой местности они часто бывают. Все будет хорошо — только не шевелись.

У нее не оставалось другого выхода.

— Что происходит? — встревоженно спросила она, услышав все нарастающий гул.

— Всего лишь несколько камней упало с горы.

Лиззи вздрогнула всем телом, когда земля снова сдвинулась под ее ногами, заставив Илиоса крепче прижать ее к себе. Если бы он любил ее, то этот момент был бы наполнен самыми горячими чувствами — и в конце концов они отпраздновали бы свое спасение самым интимным образом, если бы у них появилась возможность уединиться.

Подземные толчки прекратились, и сердце ее тоже успокоилось: оно стало биться так же ровно, как сердце Илиоса. В такой ситуации Лиззи непременно испугалась бы, но сейчас, рядом с Илиосом, она чувствовала себя в совершенной безопасности. «Хотя в его объятиях опасность грозила моим чувствам», — напомнила она себе.