Искушенные обманом

Я смотрю на себя под одеялом и с ужасом обнаруживаю, что на мне только леотард, а его застежки расстегнуты, открывая мою ноющую киску. Моя одежда разбросана на кровати.

Натянув одеяло до подбородка, я борюсь с жаром на щеках, когда мой взгляд возвращается к нему.

Адриан. Дьявол, который нашел дорогу в мою квартиру.

Он остается спокойным – даже безразличным, – как будто он не просто наблюдал за мной в этом состоянии или наблюдал за моим оргазмом.

Я замолкаю, мое сердце бешено колотится.

Подождите.

Он смотрел, как я кончаю? Это тоже был сон, должно быть сном. Ни за что на свете я не кончу перед ним.

Правильно?

– Ты был здесь все это время? – осторожно, почти со страхом спрашиваю я.

– Верно.

– Как ты сюда попал?

– Ты сказала мне код.

Почему я этого не помню? И вообще, какого черта я напилась? Я уже знаю почему – чтобы расслабиться, но стоило ли это такой цены?

– Что-то еще случилось?

Он поднимает бровь. – Например?

– Как… Как…

– Просила ли ты меня трахнуть тебя и довела себя до оргазма, когда я этого не сделал?

Я чувствую, как краска отливает от моего лица, и мне хочется слиться с полом.

Адриан поднимается на ноги, и я вскидываю голову, когда он встает рядом.

– Теперь, когда ты не пьяна, я могу тебе помочь."

"– Я не это имела в виду, – выпаливаю я.

– Не это имела в виду?

– Да, эти слова были бессмысленны.

– Ты часто прикасаешься к себе и испытываешь оргазм от бессмысленных слов, Лия? – Он берет мою руку в свою, ту самую, что была у меня между ног, и поднимает ее к своему лицу.

Стыд обжигает мои щеки, когда он глубоко вдыхает мой запах.

– Разве это не самое большое противоречие?

Я вырываю свою руку из его, быстро и стремительно, как будто спасаю ее от пожара.

Его рука падает с бесконечной беспечностью, но он не двигается, не уходит. Он остается там, наблюдая, маяча.

Мои чувства рассеиваются повсюду, мое сердце все еще гудит, грохочет, и ничто не удерживает его в грудной клетке.

– Я не хочу этого, – бормочу я.

– Похоже, пьяная ты честнее трезвой.

– Ты собираешься заставить меня участвовать в сексуальных действиях с тобой?

– Заставить? – переспрашивает он, и в его глазах мелькает легкое веселье. – Ты помнишь, что я сказал вчера вечером?

Я ломаю голову над тем, что он мог упомянуть, и мои щеки горят еще сильнее при каждом воспоминании о моих похотливых действиях. Не могу поверить, что спросила его, трахнет ли он меня.

Боже, я почти умоляла его об этом.