Искушенные обманом

Они его охранники или что-то в этом роде? Что же это за человек, если ему нужна охрана?

Машина выезжает со стоянки, и я внимательно наблюдаю за городом через окно, стараясь запомнить как можно больше поворотов. Если меня каким-то образом похитят, мне нужно знать, куда, черт возьми, он меня везет.

– Почему ты не спросила, как меня зовут?

Спокойные слова незнакомца отвлекают меня от наблюдения. Он наблюдает за мной с особым интересом, от которого у меня мурашки бегут по коже.

– Какая разница, знаю я твое имя или нет? – Я стараюсь, чтобы яд не прозвучал в моем голосе.

– Полагаю, что нет, но все равно скажу. Я Адриан Волков."

"Я ненадолго закрываю глаза, чтобы обуздать боль. Теперь, когда я знаю его имя, он никогда меня не отпустит. Почему-то мне кажется, что я подписала свою судьбу.

Сначала мое свидетельство о смерти, а теперь мою судьбу.

Что еще он собирается от меня отнять?

Машина останавливается перед уютным заведением. Не знаю, почему я ожидала, что он поведет меня в какой-нибудь элитный ресторан со списком ожидания.

Он выходит первым и протягивает мне руку. Я собираюсь проигнорировать ее, но он хватает меня за руку и вытаскивает. Мы входим в ресторан, а охранники остаются снаружи в машине.

Внутри заведения так же уютно, как и снаружи. Мягкий желтый свет отбрасывает теплый оттенок на красные банкетки. Столы из темного дерева, а на стенах висят многочисленные креативные цитаты о еде для души. Несколько человек сидят повсюду, весело болтая.

Незнакомец, Адриан, ведет меня к заднему столику, который стоит отдельно от других людей, подальше от дверей и окон. Я понимаю, что это нарочно, когда он толкает меня в конец кабинки, которая находится у стены.

Он садится напротив меня и, когда подходит официант, даже не прикасаясь к меню, говорит.

– Неоткрытую бутылку вашего лучшего вина.

– Салат, – шепчу я, решив не заглядывать в меню.

– Какой, мисс?

– Самый простой из тех, что у вас есть.

Официант кивает и уходит.

Я остро ощущаю, что Адриан наблюдает за мной, его пальцы небрежно переплетены на столе. Они худые, мужественные, с прожилками на поверхности.

И теперь я глазею на них.

Я не могу поверить, что смотрю на те же пальцы, которые держали пистолет у моего лба. Или, может быть, я наблюдаю за ними из-за этого факта.